Аналитическая справка по законопроекту № 1113081-7

«О внесении изменения в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»»
#
Общественный уполномоченный по Защите Семьи
09:55 / 26.04.2021

16 февраля 2021 года депутаты С. Боярский, А. Альшевский, И. Станкевич и В. Газзаевв внесли в Государственную Думу РФ проект нового федерального закона № № 1113081-7 «О внесении изменения в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»» (https://sozd.duma.gov.ru/bill/1113081-7). ФЗ предлагается дополнить статьей 15.1-2, посвященной порядку ограничения доступа к недостоверной информации. Согласной ей в случае обнаружения в информационно-телекоммуникационных сетях, в том числе в сети «Интернет», недостоверной информации, которая порочит честь и достоинство лица или подрывает его репутацию и связана с обвинением лица в совершении преступления, гражданин (далее - заявитель) вправе направить прокурору субъекта Российской Федерации в установленном порядке заявление о принятии мер по удалению указанной информации и по ограничению доступа к информационным ресурсам, распространяющим указанную информацию, в случае ее неудаления. Заявление должно содержать фамилию, имя, отчество заявителя, его паспортные данные, контактную информацию, доменное имя сайта в сети «Интернет», его сетевой адрес, указатель страницы сайта в сети «Интернет», позволяющие идентифицировать указанную информацию и мотивированное обоснование недостоверности размещенной информации. К заявлению прилагается нотариально заверенная копия сайта или страницы сайта в сети «Интернет».

В течение десяти рабочих дней с момента получения заявления прокурор субъекта Российской Федерации или его заместители проводят проверку содержащихся в заявлении сведений и составляют заключение о наличии оснований для принятия мер по удалению недостоверной информации, которая порочит честь и достоинство лица или подрывает его репутацию и связана с обвинением лица в совершении преступления, и по ограничению доступа к информационным ресурсам, распространяющим указанную информацию, в случае ее неудаления, или уведомляет заявителя об отсутствии таких оснований. Заключение, копии заявления и прилагаемых к заявлению документов направляются Генеральному прокурору Российской Федерации. Тот или его заместители в течение пяти рабочих дней с момента получения этих документов, проверяют обоснованность заключения и обращаются в федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по контролю и надзору в сфере средств массовой информации, массовых коммуникаций, информационных технологий и связи с требованием о принятии мер по удалению недостоверной информации и по ограничению доступа к информационным ресурсам, распространяющим указанную информацию, в случае ее неудаления. Федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий функции по контролю и надзору в сфере средств массовой информации, массовых коммуникаций, информационных технологий и связи, на основании обращения Генерального прокурора незамедлительно:

1) определяет провайдера хостинга или иное лицо, обеспечивающее размещение в информационно-телекоммуникационной сети, в том числе в сети «Интернет», указанного информационного ресурса, обслуживающего владельца сайта в сети «Интернет», на котором размещена недостоверная информация,

2) направляет провайдеру хостинга или иному указанному в пункте 1 настоящей части лицу уведомление в электронном виде на русском и английском языках о нарушении порядка распространения информации с указанием доменного имени и сетевого адреса, позволяющих идентифицировать сайт в сети «Интернет», на котором размещена информация, указанная в части 1 настоящей статьи, а также указателей страниц сайта в сети «Интернет», позволяющих идентифицировать такую информацию, и с требованием принять меры по удалению такой информации.

Провайдер хостинга или иное лицо обязаны незамедлительно с момента получения этого уведомления проинформировать об этом обслуживаемого ими владельца информационного ресурса и уведомить его о необходимости незамедлительно удалить недостоверную информацию. В течение суток с момента получения от провайдера хостинга или иного лица уведомления о необходимости удалить эту информацию, владелец информационного ресурса обязан удалить такую информацию. В случае отказа или бездействия владельца информационного ресурса провайдер хостинга или иное лицо обязаны ограничить доступ к соответствующему информационному ресурсу незамедлительно по истечении суток с момента получения уведомления. В случае непринятия провайдером хостинга или иным лицом и (или) владельцем информационного ресурса предписанных им мер, доменное имя сайта в сети «Интернет», его сетевой адрес, указатели страниц сайта в сети «Интернет», позволяющие идентифицировать недостоверную информацию, направляются по системе взаимодействия операторам связи для принятия мер по ограничению доступа к данному информационному ресурсу, в том числе к сайту в сети «Интернет». После получения по системе взаимодействия этих сведений, оператор связи, оказывающий услуги по предоставлению доступа к информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», обязан незамедлительно ограничить доступ к информационному ресурсу, в том числе к сайту в сети «Интернет», на котором размещена недостоверная информация. Оператор связи обязан осуществлять это за исключением случая, предусмотренным абзацем третьим пункта 5.1 статьи 46 ФЗ от 07.07.2003 N 126-ФЗ (ред. от 09.03.2021) "О связи". Согласно ей оператор связи не обязан ограничивать доступ к информации, распространяемой посредством информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", доступ к которой должен быть ограничен в соответствии с Федеральным законом от 27 июля 2006 года N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации", если доступ к такой информации в сети связи оператора связи ограничивается с помощью технических средств противодействия угрозам в порядке централизованного управления сетью связи общего пользования. Оставшаяся часть законопроекта посвящена алгоритму взаимодействия после получения уведомлений о выполнении владельца информационного ресурса требования об удалении информации.

В пояснительной записке к ПФЗ его разработчики утверждают: «Действующее законодательное регулирование предусматривает возможность пресечения распространения информации, распространение которой в Российской Федерации запрещено, недостоверной общественно значимой информации, распространяемой под видом достоверных сообщений, а также выраженной в неприличной форме информации, оскорбляющей человеческое достоинство. Вместе с тем, соответствующие механизмы применяются на основании решений органов государственной власти и должностных лиц, в то время как существующие нормы не содержат действенного механизма непосредственной оперативной защиты граждан от распространения информации, порочащей их честь и достоинство или подрывающей репутацию. С учетом развития современных цифровых сервисов, а также скорости и особенностей распространения информации в сети «Интернет» представляется необходимым создание дополнительного механизма защиты прав и свобод граждан в цифровой среде» (Пояснительная записка к проекту федерального закона «О внесении изменения в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», л. 1). Как видим, авторы законопроекта признают, что уже существующее законодательство позволяет пресечь распространение недостоверной информации, однако их не устраивает, что это осуществляется «на основании решений органов государственной власти и должностных лиц», в то время как им хотелось бы максимально ускорить этот процесс. Один из авторов ПФЗ С. Боярский заявил, что защита прав граждан в цифровом пространстве находится в приоритете: «Шаг за шагом выстраивается большой механизм, — к примеру, уголовный кодекс с декабря 2020 года предусматривает ответственность за распространение клеветы в Интернете. Но реальность такова, что судебное разбирательство может затянуться, а необоснованное, несправедливое клеймо преступника останется с невиновным человеком практически навсегда. А главное — ответственность клеветника не всегда означает опровержение обвинений. Пострадавшему от этой лжи человеку придётся вновь и вновь объяснять всем, что всё это – неправда, что он — добропорядочный гражданин» (Депутаты хотят блокировать «порочащую информацию и обвинения в преступлениях» без суда // https://roskomsvoboda.org/69731/). На сайте ГД по поводу этого законопроекта заявлено, что он призван защитить честь, достоинство и деловую репутацию граждан. Его принятие будет способствовать защите прав и законных интересов лиц, чье доброе имя было опорочено в результате распространения не соответствующей действительности негативной информации в интернете. Как отметил Председатель Комитета по информационной политике, информационным технологиям и связи Леонид Левин, этот законопроект направлен «на устранение неопределенностей в правоприменении законодательства при исполнении судебных решений по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации в отношении случаев, когда порочащая информация распространяется посредством сети Интернет» (Инициатива о блокировке сайтов с клеветой прошла первое чтение // http://duma.gov.ru/news/26664/). Последнее заявление ничего кроме недоумения не вызывает, поскольку в ПФЗ речь идет не об исполнении судебных решений, а о досудебной блокировки сайтов. Обращает на себя внимание и то, что на сайте Госдумы говорится о распространении «не соответствующей действительности негативной информации в интернете», в то время как в законопроекте речь идет о «недостоверной информации, которая порочит честь и достоинство лица или подрывает его репутацию и связана с обвинением лица в совершении преступления». Здесь, по всей видимости, мы имеем дело с «оговоркой по Фрейду», связанной со стремлением руководства Думы запретить распространение любой неугодной им негативной информации.

Необходимость принятия этого ПФЗ вызывает большие вопросы. Ст. 128.1 УК и так предусматривает уголовную ответственность за клевету, причем наказание за клевету, распространяемую в интернете, в декабре 2020 года было увеличено до двух лет лишения свободы. Ст. 152 ГК посвящена защите чести, достоинства и деловой репутации, которую можно защитить в гражданском порядке. Граждане и компании имеют возможность защитить себя и приостановить распространение порочащей информации и до принятия окончательного решения судом – в качестве обеспечительных мер по иску. Наконец, следует упомянуть и Федеральный закон от 23.04.2018 N 102-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "Об исполнительном производстве" и статью 15.1 Федерального закона "Об информации, информационных технологиях и о защите информации", который дал еще одно основание для включения интернет-ресурсов в реестр запрещенных сайтов. Согласно ему включать интернет-ресурсы в реестр запрещенных сайтов можно и по постановлению пристава-исполнителя. Следует также принять во внимание, что в рассматриваемом ПФЗ нет точного определения понятия порочащей информация, что открывает простор для субъективного толкования этого понятия. Необходимо отметить, что на момент опубликования «порочащей» информации о тех или иных должностных лицах никто не может сказать, достоверна она или недостоверна. Десять рабочих дней, в течение которых это должен определить прокурор субъекта Российской Федерации, представляется нереальным сроком для объективного рассмотрения того или иного дела, которое может быть и достаточно запутанным. Очевидно, что заниматься эти должен суд. Также следует отметить, что в законопроекте не указан и порядок опротестования действий прокуратуры и Роскомнадзора. Данный ПФЗ противоречит и статье 29 Конституции РФ, согласно которой «каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом».

Кроме того, существует вероятность того, что принятие данного ПФЗ приведет к нарушению установленного уголовно-процессуальным законодательством проверки сообщений о преступлениях, необоснованному освобождению от уголовной ответственности лиц, совершивших преступные деяния, и как результат последует нарушение прав и законных интересов граждан, пострадавших от преступлений.  

Подтверждением указанных доводов служит пункт 5 статьи 151-2 вышеупомянутого законопроекта, в котором прокурор субъекта Российской Федерации или его заместители в порядке, установленным Генеральным прокурором Российской Федерации, проводят проверку содержащихся сведений и составляют заключение о наличии оснований для принятия мер по удалению недостоверной информации, которая порочит честь и достоинство лица или подрывает его репутацию и связана с обвинением лица в совершении преступления, и по ограничению доступа к информационным ресурсам, распространяющим указанную информацию, в случае ее неудаления, или уведомляет заявителя об отсутствии таких оснований.

Из вышеуказанного законопроекта следует, что в основу принятия решения об удалении информации из информационно-телекоммуникационных сетях о совершенном преступлении будет заключение прокурора.

Полномочиями вынесения заключения прокурор обладает в силу положений части 3 статьи 45 ГПК РФ и части 7 статьи 39 КАС РФ только при рассмотрении дела в гражданском или административном судопроизводстве. В уголовном судопроизводстве правовую позицию по уголовным делам прокуратура обосновывает посредством поддержания обвинения при рассмотрении уголовных дел либо при рассмотрении отдельных материалов уголовных дел (например, при избрании судом меры пресечения в виде заключения или домашнего ареста, жалобы в порядке статьи 125 УПК РФ и т.д.).     

Конкретный правовой механизм по реализации вышеназванных законодательных инициатив не предлагается.

Следовательно вышеуказанные законодательные инициативы, как заключение прокурора представляется возможным реализовать в рамках статей 22 и 27 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», предусматривающий осуществление надзора за соблюдением прав и свобод человека и гражданина.

Для реализации полномочий в данной сфере прокурорского надзора указанные нормы наделяют органы прокуратуры следующими полномочиями:

- разъяснять пострадавшим порядок защиты их прав и свобод;

- принимать меры по предупреждению и пресечению нарушений прав и свобод человека и гражданина, привлечению к ответственности лиц, нарушивших закон, и возмещению причиненного ущерба;

- по предъявлении служебного удостоверения сотрудники прокуратуры имеют право беспрепятственно входить на территории и в помещения органов, указанных в пункте 1 статьи 21 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», иметь доступ к их документам и материалам, проверять исполнение законов в связи с поступившей в органы прокуратуры информацией о фактах нарушения закона;

- требовать от руководителей и других должностных лиц указанных органов представления необходимых документов и материалов или их копий, статистических и иных сведений;

- выделения специалистов для выяснения возникших вопросов;

- проведения проверок по поступившим в органы прокуратуры материалам и обращениям, ревизий деятельности подконтрольных или подведомственных им организаций;

- вызывать должностных лиц и граждан для объяснений по поводу нарушений законов.

В силу положений тех же статей 22 и 27 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», вынесение заключения, как это предлагают вышеупомянутые депутаты, будет осуществляться посредством принятия акта прокурорского реагирования в виде представления об устранении нарушений закона.

Даже поверхностный анализ положений Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», позволяют прийти к выводу, что органы прокуратуры не состоянии провести полную, всестороннюю и обоснованную проверку в рамках осуществления прокурорского надзора и прийти к выводу о наличии или отсутствии как состава преступного деяния.  

Осуществить полноценную проверку сообщений о преступлениях в состоянии только органы предварительного расследования (Следственный комитет, ФСБ, МВД и т.д.) в рамках статьи 144 УПК РФ, которая наделяет их достаточными полномочиями, направленные на полную, всестороннюю и обоснованную процессуальную проверку.

Согласно части 1статьи 144 УПК РФ к таким полномочиям относятся:

- вправе получать объяснения, образцы для сравнительного исследования,

- истребовать документы и предметы, изымать их в порядке, установленном настоящим Кодексом,

- назначать судебную экспертизу, принимать участие в ее производстве и получать заключение эксперта в разумный срок,

- производить осмотр места происшествия, документов, предметов, трупов, освидетельствование,

- требовать производства документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов, привлекать к участию в этих действиях специалистов, давать органу дознания обязательное для исполнения письменное поручение о проведении оперативно-розыскных мероприятий.

Из положений статьи 144 УПК РФ органы прокуратуры не относится к субъектам, правомочным осуществлять процессуальную проверку, поскольку данными полномочиями обладают дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа.

Отсутствие возможности проведения надлежащей процессуальной проверку в силу предписаний статьи 49 Конституции РФ и статьи 14 УПК РФ будут вынуждать органы прокуратуры выносить заключения, указывающие на отсутствие состава преступления или даже события преступления, несмотря, на то, что в действительности преступление было совершено и в деянии лица его совершившего могут содержаться признаки состава преступления. Дальнейшая блокировки информации в телекоммуникационных сетях, включая Интернет, в состоянии привести к тому, что лица, виновные в совершении преступлений, будут необоснованно освобождаться от уголовной ответственности.     

Особо настораживает, что подобного рода законодательные инициативы в состоянии необоснованно освобождать от уголовной ответственности лиц, совершающих насильственные действия сексуального характера и иные преступные деяния, направленные против детей.

Например, в сети Интернет появилась информация о совершении насильственных действий сексуального характера в отношении ребенка, которое совершено высокопоставленным чиновником или его родственником. Часто бывает, что чиновник обладает значительным административным ресурсом и в состоянии оказать влияние на местный следственный отдел Следственного комитета РФ, который вынес необоснованное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по данному факту.

Часто в подобных ситуация потерпевшая сторона от преступления размещает в Интернете информацию о совершенном преступлении не только для привлечения внимания общественности, но прежде всего с целью обратить внимание вышестоящего руководства следственных органов к проблеме укрывательства преступного деяния местными подразделения.

В итоге незначительные на первый взгляд законодательные инициативы в состоянии привести к нарушению разумного баланса между интересами подозреваемого или обвиняемого и правами потерпевшего.

При этом следует учитывать, что в силу пункта 1 части 1 статьи 6 УПК РФ уголовное судопроизводство имеет своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений.

Обязанностью государства является не только предотвращение и пресечение в установленном законом порядке посягательств, способных причинить вред и нравственные страдания личности, но и обеспечение потерпевшему от преступления возможности отстаивать свои права и законные интересы любыми не запрещенными законом способами (см.: пункт 1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.06.2010 г. № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве»).

Особую актуальность проблема защиты потерпевшего приобретает тогда, когда от преступлений страдают дети, поскольку в силу своего возраста, физического или психического развития они не в состоянии отстаивать свои права и законные интересы.

Размещенная информация о совершенном или готовящемся преступлении в сети Интернет, позволяет привлекать к уголовной ответственности лиц, из-за того, что на ее обращают руководители правоохранительных органов.

Так, благодаря личному вмешательству Председателя Следственного комитета Российской Федерации А.И. Бастрыкина, удается возбуждать уголовные дела, когда местные следственные отделы или даже управления СК игнорируют явные факты, указывающие о совершении преступлений.

В свою очередь, необоснованное освобождение от уголовной ответственности может повлечь резкий рост увеличения самосудов, поскольку предусмотренные законодательные механизмы, направленные на защиту прав и законных интересов граждан, не будут работать.

Теперь обратимся еще к одной стороне рассматриваемой проблемы. Представим, что уголовное дело возбуждено и одновременно вынесение заключение прокуратуры о блокировке информации о совершенном преступлении в информационно-телекоммуникационной сети. В этом случае, при подаче обвиняемым жалобы в порядке статьи 124 УПК РФ о прекращении производства по уголовному делу, прокуратура будет вынуждена на основании вынесенного вышеупомянутого заключения удовлетворить жалобу обвиняемого, несмотря на наличие достаточных доказательств, устанавливающих его вину.

Следует также учитывать, что нередко возникают ситуации, когда пострадавшие от преступлений, не желают сами обращаться в правоохранительные органы (например, из-за страха), а предпочитают сообщать о преступлениях через иных лиц посредством размещения об этом информации в сети Интернет. В этом случае органы предварительного расследования обязаны осуществить процессуальную проверку в рамках пункта 3 части 1 статьи 140 УПК РФ, то есть сообщения, полученные из иных источниках о совершенном или готовящемся преступлении. Особенно актуально проверка сообщений о преступлениях, где заявление от потерпевшего не требуется в силу того, что совершенное преступление в силу части 5 статьи 20 УПК РФ относится к категории публичного уголовного преследования.

Внедрение вышеуказанных законодательных инициатив может также привести нарушению международных обязательств, принятых Российской Федерации, на основе ряда международных договоров и соглашений.

К ним относятся Всеобщая декларация прав человека от 10 декабря 1948 года, Декларация основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотреблений властью (принятой Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 29 ноября 1985 года 40/34), а также в соответствии с Рекомендацией Комитета министров Совета Европы «О положении потерпевшего в рамках уголовного права и процесса» от 28 июня 1985 года N R (85) 11 важной функцией уголовного правосудия должна быть охрана законных интересов потерпевшего, уважение его достоинства, повышение доверия потерпевшего к уголовному правосудию.

О необходимости соблюдения международных обязательств указывается в части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации, в части 1 статьи 1 Федерального закона «О международных договорах». Соответствующие разъяснения содержаться в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10.10.2003 г. № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации».

Таким образом, принятие данного законопроекта и дальнейшая ее реализация приведет к беззаконию и необоснованному освобождению от уголовной ответственности лиц, заведомо совершивших преступления.

В свою очередь, установленный уголовным, уголовно-процессуальным, гражданским законодательством порядок защиты чести, достоинства и деловой репутации является достаточно сбалансированным и предоставляет гражданам отстаивать свои права и законные интересы.

Тем более, в контексте защиты прав и законных интересов граждан, чья честь и достоинство затронуты недостоверной информации о совершенном преступлении, размещенных в информационно-телекоммуникационных сетях, включая «Интернет», судебный порядок защиты представляется наиболее эффективным. Примером может служить пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 г. № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц». В нем указано следующее: статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставляет гражданину, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, право наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда.

Даже в случае незаконного и необоснованного уголовного преследования гражданина, который в дальнейшем был освобожден от уголовной ответственности по реабилитирующим основаниям, в силу положений статьи 136 УПК РФ реабилитированное лицо вправе требовать не только официального опровержения в средствах массовой информации, в том числе в информационно-телекоммуникационных сетях, включая «Интернет» о недостоверности сведений о совершенном преступлении, но и требовать компенсации имущественного ущерба и компенсации морального вреда (см. пункт 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 ноября 2011 г. № 17 «О практике применения судами главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве».

В прессе было высказано немало предположений, зачем понадобился новый законопроект. Адвокат Мансур Гильманов считает, что он, скорее всего, направлен против расследований Алексея Навального: «То, что сведения порочат честь и достоинство гражданина, должно быть сперва установлено судом, и уже только потом могут приниматься какие-либо меры. А в этом случае до суда будут приниматься решения, существенным образом ограничивающие права и свободы граждан». Депутаты предлагают новый вид внесудебной юридической расправы, где все будет решать прокурор, говорит старший партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Константин Добрынин: «Депутатам стоит вовсе предложить упразднить судебную власть ввиду излишней сложности процедуры судопроизводства, так как этот законопроект, по сути, именно об этом». «Никакого смысла в наращивании такой регуляторики нет. Блокировка сайтов в интернете спокойно обходится с помощью таких инструментов, как VPN,— полагает руководитель организации "Роскомсвобода" Артем Козлюк.— Но вместе с тем наращивается законодательная база, которая наказывает в том или ином виде и пользователей, и владельцев сайтов, и операторов связи» (М. Макутина, К. Веретенникова, К. Дюрягина, И. Дарбиниекс. По запросам трудящихся // https://www.kommersant.ru/doc/4693508). Также была озвучена версия, что этот законопроект депутаты разработали специально под себя, тем самым расширяя «зону своей неприкосновенности». (Депутаты хотят блокировать «порочащую информацию и обвинения в преступлениях» без суда // https://roskomsvoboda.org/69731/). Депутат от КПРФ Алексей Куринный напомнил, сейчас Генпрокуратура может инициировать блокировку в интернете информации, которая «в неприличной форме оскорбляет человеческое достоинство и общественную нравственность» или демонстрирует «явное неуважение к обществу и органам власти». Кроме того, с 2015 года действует закон о «праве на забвение», по которому оператор поисковой системы по требованию заявителя обязан прекратить выдачу ссылок на веб-страницы, позволяющие «получить доступ к информации о заявителе, распространяемой с нарушением законодательства РФ, являющейся недостоверной, а также неактуальной, утратившей значение для физического лица в силу последующих событий или его действий». Он заявил, что предлагаемый закон будет работать избирательно: на заявления простых граждан прокуратура реагировать не будет, зато, «если дело будет касаться высших должностных лиц и резонансных фактов коррупции, то будет очень быстрая реакция». По мнению коммуниста, внесудебный порядок блокировки недопустим. Дмитрий Ионин заявил, что законопроект вводит механизм «внесудебной юридической расправы»: «Вот у нас третье десятилетие XXI века, и мы рассматриваем в Госдуме РФ законопроект, который предлагает суд-тройку в составе прокурора субъекта, представителя Генеральной прокуратуры и представителя Роскомнадзора, которые будут выносить приговор без всякого суда» (Госдума голосами единороссов одобрила внесудебную блокировку клеветы в интернете // https://www.rline.tv/news/2021-03-25-gosduma-golosami-edinorossov-odobrila-vnesudebnuyu-blokirovku-klevety-v-internete/). Все это говорит о том, что перед нами еще один документ, направленный на усиление цензуры и фактическом запрете критики тех или иных действий высших чиновников и депутатов в Интернете.

Об обоснованности таких подозрений говорит скорость прохождения данного законопроекта. Не успели депутаты внести ПФЗ, как уже на следующий день профильный комитет предложил принять законопроект к рассмотрению, а 24.03.2021 г. ГД приняла его в первом чтении.

Поскольку законопроект 1113081-7 «О внесении изменения в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»» способствует усилению цензуры и дальнейшему ограничению свободы слова, создает потенциальную возможность для ухода преступников от заслуженного наказания, просим принять все возможные меры для его отклонения.

Подписывайтесь на наши ресурсы:
#Интернет # Блокировка сайта
Дорогие друзья!

Наша деятельность ведется на общественных началах и энтузиазме. Мы обращаемся к Вам с просьбой оказать посильную помощь нашей экспертной и правозащитной деятельности по защите традиционной семьи и детей России от западных технологий и адаптированных с помощью лоббистов законов. С Вашей помощью мы сможем сделать еще больше полезных дел в защите традиционной Российской семьи!

Для оказания помощи можно перечислить деньги на карту СБЕРБАНКА 4276 5500 3421 4679,
получатель Баранец Ольга Николаевна
или воспользуйтесь формой для приема взносов: