Аналитическая справка по законопроекту «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в части обеспечения возможности передачи отдельной категории детей под предварительную и временную опеку»

#
Общественный уполномоченный по Защите Семьи
09:31 / 29.10.2022
Изменен: 29.10.2022

Комитет Государственной Думы РФ по молодежной политике под руководством А.П. Метелева в качестве законодательной инициативы разработал проект федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в части обеспечения возможности передачи отдельной категории детей под предварительную и временную опеку», который 06 июля 2022 года был отправлен П.В. Крашенниниковым секретарю Общественной палаты РФ на рассмотрение.

Авторы ПФЗ предлагают внести в Семейный кодекс Российской Федерации следующие изменения:

П. 1 ст. 121: изложить в следующей редакции: «Защита прав и интересов детей в случаях смерти родителей, лишения их родительских прав, ограничения их в родительских правах, признания родителей недееспособными, болезни родителей, длительного отсутствия родителей, уклонения родителей от воспитания детей или от защиты их прав и интересов, в том числе при отказе родителей взять своих детей из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций, оказывающих социальные услуги, или аналогичных организаций, при создании действиями или бездействием родителей условий, представляющих угрозу жизни или здоровью детей либо препятствующих их нормальному воспитанию и развитию, а также во всех иных случаях фактического отсутствия родительского попечения, установленных уполномоченным органом, возлагается на органы опеки и попечительства»

Сравним это с действующей редакцией данного пункта Семейного кодекса: «Защита прав и интересов детей в случаях смерти родителей, лишения их родительских прав, ограничения их в родительских правах, признания родителей недееспособными, болезни родителей, длительного отсутствия родителей, уклонения родителей от воспитания детей или от защиты их прав и интересов, в том числе при отказе родителей взять своих детей из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций, оказывающих социальные услуги, или аналогичных организаций, при создании действиями или бездействием родителей условий, представляющих угрозу жизни или здоровью детей либо препятствующих их нормальному воспитанию и развитию, а также в других случаях отсутствия родительского попечения возлагается на органы опеки и попечительства.

Органы опеки и попечительства выявляют детей, оставшихся без попечения родителей, ведут учет таких детей в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, обеспечивают защиту их прав и интересов до решения вопроса об их устройстве и исходя из конкретных обстоятельств утраты попечения родителей избирают формы устройства детей, оставшихся без попечения родителей (статья 123 настоящего Кодекса), а также осуществляют последующий контроль за условиями их содержания, воспитания и образования.

Деятельность других, кроме органов опеки и попечительства, юридических и физических лиц по выявлению и устройству детей, оставшихся без попечения родителей, не допускается».

Следует отметить, что и действующая редакция п. 1 ст. 121 СК РФ далеко не идеальна, поскольку положение о «создании действиями или бездействием родителей условий… либо препятствующих их нормальному воспитанию и развитию, а также в других случаях отсутствия родительского попечения» носит крайне расплывчатый характер и открывает широчайший простор для толкования, что является нормальным воспитанием и развитием ребенка, а что нет, причем препятствовать данной субъективно понимаемой категории могут не только действия, но и бездействие родителей. Еще большие возможности для субъективного толкования открывает формулировка о «других случаях отсутствия родительского попечения», которые, к тому же, непонятно чем обусловлены, поскольку речь о действиях или бездействии родителей относилась к предшествующему положению, касающегося создания условий. И вот, вместо того, чтобы исправить неудачную формулировку, авторы законопроекта сделали ее еще хуже, заменив «другие случаи отсутствия родительского попечения» на «все иные случаи фактического отсутствия родительского попечения, установленные уполномоченным органом». Поскольку положение о бездействии родителей осталось в законопроекте, во-первых, непонятно, чем могут быть обусловлены «все иные случаи фактического отсутствия родительского попечения». Во-вторых, новая формулировка открывает гигантские возможности не просто для широкого, а для бескрайнего произвольного толкования этого положения, поскольку под него должны подпасть не только «другие случаи», как в действующей редакции, а «все случаи» фактического отсутствия родительского попечения. То, что все эти случаи должны будут устанавливаться уполномоченным органом, таит в себе третью опасность, причем двоякого рода. С одной стороны, по доброй отечественной традиции этому органу может быть спущен план по установлению иных случаев фактического отсутствия родительского попечения, которые ретивые чиновники будут стараться выполнить и перевыполнить, доводя ситуацию до абсурда. С другой стороны, поскольку, как мы увидим ниже, установление случаев фактического отсутствия родительского попечения может нести для родителей крайне негативные последствия, это почти с полной неизбежностью будет вести к развитию коррупционной составляющей. Поскольку размытость формулировки фактически все отдает на усмотрение конкретному чиновнику, легко представить ситуацию, когда какая-то часть родителей, чтобы сохранить ребенка, будет вынуждена предлагать чиновнику взятку, а у другой части чиновник будет эту взятку вымогать, угрожай им установлением соответствующих случаев. Таким образом, с самого начала авторы ПФЗ способствуют развитию чиновничьего беспредела и превращению родителей в абсолютно бесправный класс населения, к которому можно будет придраться за любую, действительно или вымышленную мелочь.

Однако опасность самой первой новации Комитета Государственной Думы по молодежной политике этим не исчерпывается. Как было показано выше, действующая редакция п. 1 ст. 121 СК РФ состоит из трех абзацев, из которых авторы законопроекта планируют сохранить лишь один, самый первый. Согласно второму абзацу данного пункта органы опеки и попечительства не только выявляют детей, оставшихся без попечения родителей, но и обеспечивают защиту их прав и интересов до решения вопроса об их устройстве, избирают формы устройства детей, оставшихся без попечения родителей, а также, что очень важно, осуществляют последующий контроль за условиями их содержания, воспитания и образования. Заключительный абзац прямо запрещает деятельность других, кроме органов опеки и попечительства, юридических и физических лиц по выявлению и устройству детей, оставшихся без попечения родителей. И вот эти исключительно важные положения, обеспечивающие защиту прав и интересов детей, разработчики ПФЗ фактически предлагают аннулировать или, выражаясь современным языком, обнулить. Нетрудно предсказать к чему приведет исключение этих положений из рассматриваемой статьи Семейного кодекса. Ликвидация контроля со стороны органов опеки и попечительства за условиями содержания, воспитания и образования усыновленных (удочеренных), отданных под опеку или попечительство детей, сделает их абсолютно бесправными перед усыновителями, опекунами и попечителями, создав благоприятную среду для деятельности извращенцев и садистов всех видов. Исключение же последнего             абзаца делает семью абсолютно бесправной и широко распахивает ворота для деятельности различных НКО и других подобных организаций. К законопроекту приложен список участников рабочей группы при Комитете по молодежной политике по вопросам законодательного закрепления возможности передачи детей, фактически оставшихся без попечения родителей, под предварительную и временную опеку (попечительство). Кроме трех человек от Государственной Думы во главе с А.П. Метелевым, трех представителей федеральных органов, в нее входят представители четырех ювенальных НКО: М.А. Аксенова (БФ «Солнечный город»), Ю.Э. Гонтаренко (АНО «Партнерство каждому ребенку»), А.З. Дзугаева (ГБУ «Содействие»), Н.Р. Новожилова (БФ «Арифметика добра»). В ряде публикаций РИА «Катюша» уже раскрыла ювенальный и прозападный характер данных НКО, некоторые из которых до сих пор имеют иностранное финансирование (ГОЛИКОВА И КРАШЕНИННИКОВ ПРОТИВ НАРОДА: ОРГАНИЗОВАННАЯ ПРАВИТЕЛЬСТВЕННО-ДЕПУТАТСКАЯ ГРУППА СРЫВАЕТ ПРИНЯТИЕ ПРОСЕМЕЙНЫХ ЗАКОНОВ // ; МОМЕНТ ИСТИНЫ В БИТВЕ ЗА СЕМЬЮ: ЗА ЗАКОНОПРОЕКТОМ-СПОЙЛЕРОМ ОТ КРАШЕНИННИКОВА СТОЯТ ЮВЕНАЛЬНЫЕ НКО И ИНОАГЕНТЫ //). Как видим, именно их интересы в ущерб интересам детей и родителей активно продвигает возглавляемый А.П. Метелевым Комитет Государственной Думы РФ по молодежной политике и лоббирующий данный ПФЗ П.В. Крашенниников.

Не ограничиваясь этим, авторы законопроекта хотят дополнить Семейный кодекс новой ст. 122.1 «Устройство детей, на период, в течение которого по уважительным причинам родители не могут выполнять свои родительские обязанности, либо в ином случае»:

«1. Дети, родители которых не могут исполнять свои родительские обязанности по уважительным причинам, а также в иных случаях длительного отсутствия родителей, подлежат временному устройству под предварительную опеку в порядке, предусмотренном Федеральным законом «Об опеке и попечительстве».

2. При уклонении родителей от воспитания детей или от защиты их прав и интересов, в том числе при отказе родителей взять своих детей из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций, оказывающих социальные услуги, или аналогичных организаций, при создании действиями или бездействием родителей условий, представляющих угрозу жизни или здоровью детей либо препятствующих их нормальному воспитанию и развитию, орган опеки и попечительства обязан принять меры по защите прав и интересов ребенка, предусмотренные статьей 122 настоящего Кодекса, обеспечить его временное устройство согласно ст. 12 Федерального закона «Об опеке и попечительстве», а также организовать проведение индивидуальной профилактической работы, в порядке, предусмотренном Федеральным законом «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» и законодательством субъектов Российской Федерации, направленной на изменение поведения, образа жизни родителей, их отношения к исполнению родительских обязанностей, и возвращения ребенка родителям».

Данная статья вводит новое определение предварительной опеки. Утверждая, что это временная мера, разработчики ПФЗ и стоящие за ними ювенальные НКО очевидно надеются, что родители при этом условии легче согласятся на изъятие из семьи ребенка и отдачу его под опеку. Однако хорошо известно, что нет ничего более постоянного, чем временные меры. Достаточно лишь временно отдать ребенка под предварительную опеку, а возвращение его назад в семью может оказаться длительным и трудным процессом. Показательно включение в данную важную статью нового субъективно-оценочного положения – «длительное отсутствие». Возникает закономерный вопрос: какое отсутствие будет считаться длительным? Поскольку никаких, даже самых приблизительных объективных критериев в виде недель, дней, часов здесь не приводится, очевидно, что и этот вопрос будет отдан на откуп представителям органов опеки и попечительства, которые будут решать его всецело по своему усмотрению. П. 2 ст. 155.1 СК предлагается дополнить новым абзацем, позволяющем устраивать под предварительную опеку ребенка, временно пребывающего в организации для детей-сирот, в стационарных организациях социального обслуживания и системы здравоохранения по заявлению родителей (иных законных представителей).

Помимо этого ряд изменений вносится и в Федеральный закон от 24.04.2008 г. № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве». Ст. 2 данного ФЗ дополняется следующим понятием: «предварительная опека или попечительство – приоритетная форма временного устройства недееспособных или не полностью дееспособных граждан, в частности малолетних и несовершеннолетних детей, избираемая органом опеки и попечительства в том числе в период, в течение которого их родители (иные законные представители) по уважительным причинам не могут выполнять свои родительские обязанности, либо в иных случаях, при возникновении необходимости безотлагательного жизнеустройства несовершеннолетних детей, защиты их прав и интересов, в целях их воспитания, содержания и образования». Как видим, в данном случае даже не говорится об уклонении родителей от воспитания детей – органы опеки и попечительства планируется наделить правом в любой момент отбирать детей у добросовестно выполняющих свои обязанности родителей и устраивать их под предварительную опеку или попечительство, причем невозможность родителей по уважительным причинам выполнять свои родительские обязанности выступает лишь как одно из возможных оснований. Как справедливо отметила Общественный уполномоченный по Защите Семьи, «в случае принятия закона от Крашенинникова и К, прогулка одинокого ребенка, временное пребывание его с бабушкой, либо, например, проживание 15-17 летнего ребенка без родителей в период их командировки, может стать поводом для занесения ребенка в государственный банк данных его устройства в «целях воспитания» к третьим лицам.

Особенно впечатляет в обсуждаемой норме положение о ЛЮБЫХ «иных случаях, при возникновении необходимости безотлагательного жизнеустройства несовершеннолетних детей» как основание для устройства ребенка к третьим лицам. Причина «необходимости» устройства ребенка на сторону, вообще не обозначена в проекте, то есть, это может быть субъективное мнение сотрудника опеки о важности «безотлагательно» пристроить несовершеннолетнего под временную опеку» (ТРЕБУЕМ ПОДДЕРЖАТЬ ПРОСЕМЕЙНЫЙ ЗАКОНОПРОЕКТ «10 СЕНАТОРОВ» И СНЯТЬ С ОБСУЖДЕНИЯ АНТИСЕМЕЙНЫЙ ПРОЕКТ, ЛОББИРУЕМЫЙ КРАШЕНИННИКОВЫМ И К!// . Нечего и говорить, что формулировка про «иные случаи», при возникновении необходимости защиты прав и интересов несовершеннолетних детей, «в целях их воспитания, содержания и образования» может трактоваться чрезвычайно широко и служить основанием произвольного отобрания детей из семьи.

Вводится также понятие как «иные значимые (близкие) для ребенка лица», к которым, наряду с лицами, связанными с ребенком признаками родства или свойства, причисляются и «иные лица, из числа знакомых ребенку взрослых, оказывающих существенное положительное влияние на условия его развития, воспитания и образ жизни». Как определить существенное или несущественное положительное влияние оказывают эти лица на ребенка, ПФЗ опять-таки не раскрывает. О какой-либо проверке этих лиц законопроект полностью молчит. И вот этим знакомым ребенку «иным лицам» наряду с родственниками и свойственниками отдается приоритет в «предварительной опеке», причем у последних двух категорий никакого приоритета по сравнению с «иными лицами» нет. Однако и это еще не все. Предлагается такая новая редакция и ч. 3 ст. 12 ФЗ: «В случае отсутствия возможности передачи ребенка на попечение родственникам либо иных значимых для него лиц, в целях своевременного установления предварительных опеки или попечительства орган опеки и попечительства обращается с предложениями об установлении предварительных опеки или попечительства к гражданам, которые выразили желание быть опекунами или попечителями и учет которых ведется в соответствии с пунктом 10 части 1 статьи 8 настоящего Федерального закона. Подбор, учет, подготовка и сопровождение граждан, выразивших желание принять ребенка под предварительную (временную) опеку (попечительство), до его возвращения родителям, либо до его устройства на иную форму семейного воспитания осуществляется в порядке, предусмотренном Правительством Российской Федерации». Как видим, временным опекуном или попечителем может стать уже и совершенно чужой ребенку человек. Хотя в завершении данного фрагмента на первом месте и упоминается возвращение ребенка родителям, однако заблаговременно законодательно закрепляется возможность «его устройства на иную форму семейного воспитания» порядок которой будет определять Правительством Российской Федерации. Общественный уполномоченный по Защите Семьи обращает внимание и на то исключительно важное обстоятельство, что «в проекте Крашенинникова и К вопрос с возвращением ребенка из-под опеки родителям (которые отсутствовали «по уважительным причинам») открыт – то есть, очевидно, в рамках их концепции родители, уехав в командировку и потеряв ребенка под «опекой», должны будут упорно судиться и доказывать, что назначение этой опеки было не правомерным» (ТРЕБУЕМ ПОДДЕРЖАТЬ ПРОСЕМЕЙНЫЙ ЗАКОНОПРОЕКТ «10 СЕНАТОРОВ» И СНЯТЬ С ОБСУЖДЕНИЯ АНТИСЕМЕЙНЫЙ ПРОЕКТ, ЛОББИРУЕМЫЙ КРАШЕНИННИКОВЫМ И К! // . То, что авторы ПФЗ даже не удосужились формально прописать механизм возвращение ребенка родителям после окончания предварительной опеки или попечительства лишний раз доказывает, что последнее задумывается ими как еще один механизм окончательного отобрания ребенка из семьи, а ярлык «предварительный» является лишь средством обмана родителей.

Исходя из вышеизложенного просим принять все возможные меры для отклонения ювенального проекта федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в части обеспечения возможности передачи отдельной категории детей под предварительную и временную опеку», направленного на разрушение семьи и отобрание детей у родителей.



Подписывайтесь на наши ресурсы:
#Крашенинников # Ювенальная юстиция
Дорогие друзья!

Наша деятельность ведется на общественных началах и энтузиазме. Мы обращаемся к Вам с просьбой оказать посильную помощь нашей экспертной и правозащитной деятельности по защите традиционной семьи и детей России от западных технологий и адаптированных с помощью лоббистов законов. С Вашей помощью мы сможем сделать еще больше полезных дел в защите традиционной Российской семьи!

Для оказания помощи можно перечислить деньги на карту СБЕРБАНКА 4276 5500 3421 4679,
получатель Баранец Ольга Николаевна
или воспользуйтесь формой для приема взносов: