ng12f461acnjv2bv5aajrzj5f1hz8wfq.docx
Генеральному прокурору Российской Федерациичерез интернет-приемную Генеральной прокуратуры Российской Федерацииhttps://epp.genproc.gov.ru/web/gprf/internet-reception
От: ФИОадрес электронной почты: [e-mail]адрес: [при наличии]
Жалоба
на ответ Минцифры России, полученный по результатам рассмотрения
ранее направленного обращения
Ранее мной в Генеральную прокуратуру Российской Федерации было направлено обращение по вопросу блокировки доступа к учетной записи ЕПГУ «Госуслуги» на 72 часа и фактической зависимости досрочного восстановления доступа от использования сервиса «MAX» и создания в нем «Цифрового ID».
В указанном обращении мной ставились вопросы о возможном нарушении моих прав и прав неопределенного круга лиц, в том числе:
о правовых основаниях блокировки доступа к ЕПГУ на 72 часа;
о правовых основаниях использования сервиса «MAX» в качестве механизма досрочного восстановления доступа;
о соблюдении принципов добровольности, равенства и недопустимости фактического принуждения к использованию частного цифрового сервиса;
о наличии признаков нарушения законодательства о предоставлении государственных услуг, о персональных данных, а также конституционных принципов равенства и недопустимости необоснованного ограничения прав граждан.
По результатам рассмотрения моего обращения Генеральной прокуратурой Российской Федерации оно было направлено для рассмотрения в Минцифры России, от которого мной получен ответ.
Считаю необходимым обжаловать данный ответ Минцифры России, поскольку он не содержит разрешения поставленных в обращении вопросов по существу, не устраняет допущенные нарушения моих прав и не может рассматриваться как надлежащее рассмотрение доводов, изложенных в первоначальном обращении.
1. Ответ Минцифры России не содержит ответа по существу поставленных вопросов
В своем первоначальном обращении я ставил вопрос не о законности существования сервиса «MAX» как такового, а о законности и допустимости практики, при которой досрочное восстановление доступа к государственному порталу ЕПГУ «Госуслуги» фактически ставится в зависимость от использования частного сервиса «MAX» принадлежащего ООО «МАХ».
Однако в полученном ответе Минцифры России по существу вместо разрешения указанных вопросов приведены главным образом общие сведения:
о правовом статусе сервиса «MAX»;
о создании и функционировании многофункционального сервиса обмена информацией;
о соответствии ООО «MAX» требованиям законодательства;
о хранении персональных данных на территории Российской Федерации;
о наличии у оператора соответствующих регистрационных и организационных оснований для деятельности.
Указанные сведения сами по себе не являются ответом на поставленные мною вопросы, поскольку не содержат правовой оценки того, допустимо ли ставить ускоренное восстановление доступа к государственным услугам в зависимость от регистрации и использования частного сервиса.
Тем самым ответ Минцифры России фактически подменяет предмет рассмотрения и не разрешает доводы обращения по существу.
2. В ответе отсутствует указание на конкретные правовые основания спорного механизма
Минцифры России в полученном ответе не указало конкретный нормативный правовой акт, которым прямо установлены:
основания блокировки доступа к учетной записи ЕПГУ на 72 часа;
критерии признания действий пользователя подозрительной активностью;
порядок уведомления гражданина о причинах ограничения доступа;
порядок досрочного восстановления доступа;
правовое основание использования «Цифрового ID» в сервисе «MAX» как способа досрочной разблокировки доступа к ЕПГУ.
Между тем именно эти обстоятельства являлись предметом поставленных мною вопросов и требуют правовой проверки.
Общие ссылки на создание и функционирование сервиса «MAX», на включение его в реестры и на соответствие требованиям законодательства не заменяют ответа на вопрос о том, на каком именно правовом основании механизм досрочной разблокировки через «MAX» встроен в систему доступа к государственным цифровым услугам.
Отсутствие такого ответа лишает меня возможности понять правовую природу оспариваемого механизма, проверить его законность и, при необходимости, надлежащим образом его обжаловать.
3. Ответ Минцифры России не содержит правовой оценки доводов о фактическом принуждении к использованию частного сервиса
В обращении мной указывалось, что при наличии 72-часовой блокировки и одновременно предложении досрочного восстановления доступа через «MAX» создается фактическое понуждение граждан к использованию частного цифрового сервиса.
Минцифры России в ответе ограничилось указанием на то, что досрочное восстановление доступа возможно также через центр обслуживания, и на этом основании сделало вывод о добровольности использования «MAX».
Считаю такой вывод формальным и не разрешающим вопрос по существу.
Само по себе наличие альтернативы еще не означает отсутствия принуждения, если такая альтернатива носит существенно более обременительный характер. В данном случае:
использование «MAX» предполагает дистанционный и быстрый порядок;
обращение в центр обслуживания требует личного посещения, временных затрат, организационных усилий, а в ряде случаев — также транспортных расходов и ожидания.
Следовательно, вопрос о добровольности использования «MAX» требует не формального, а содержательного анализа на предмет того, является ли очный способ через центр обслуживания действительно равноценной и доступной альтернативой для всех граждан.
Такой правовой оценки в ответе Минцифры России не содержится.
4. Не рассмотрены доводы о неравном доступе к механизму восстановления для граждан без смартфона
В первоначальном обращении мной отдельно ставился вопрос о том, что граждане, не имеющие смартфона либо не имеющие возможности использовать соответствующее мобильное приложение (приложение МАХ технически можно установить далеко не на все смартфоны), оказываются в заведомо худшем положении по сравнению с гражданами, располагающими такими техническими средствами.
Ответ Минцифры России не содержит надлежащего рассмотрения данного довода.
Фактически граждане, не имеющие технической возможности использовать «MAX», лишаются быстрого дистанционного способа досрочного восстановления доступа и вынуждены использовать только очный порядок через центр обслуживания либо ожидать истечения 72 часов.
Это свидетельствует о наличии существенной разницы в доступе к механизму восстановления учетной записи ЕПГУ в зависимости от имущественных и технических возможностей гражданина.
Данный довод, по существу, в ответе Минцифры России не разрешен.
5. Ответ Минцифры России не содержит проверки и правовой оценки соразмерности самой меры ограничения на 72 часа
В обращении ставился вопрос не только о сервисе «MAX», но и о самой правомерности ограничения доступа к ЕПГУ на 72 часа, а также о соразмерности такой меры.
В ответе Минцифры России отсутствуют:
сведения о том, чем обусловлен именно 72-часовой срок;
сведения о наличии либо отсутствии менее ограничительных способов обеспечения безопасности;
сведения о порядке проверки обоснованности применения такой меры;
правовая оценка влияния данной меры на возможность гражданина своевременно получать государственные услуги и исполнять юридически значимые обязанности.
Таким образом, по существу не был разрешен и вопрос о правомерности, необходимости и соразмерности оспариваемого ограничения.
6. Полученный ответ не устраняет нарушение моего права на надлежащее рассмотрение обращения
Согласно требованиям законодательства об обращениях граждан государственный орган обязан рассматривать обращение по существу поставленных в нем вопросов, давать мотивированный ответ и принимать меры в пределах своей компетенции.
Между тем полученный мной ответ Минцифры России:
не содержит ответа по существу ключевых доводов обращения;
не указывает конкретных правовых оснований спорного механизма;
не содержит правовой оценки доводов о фактическом понуждении к использованию частного сервиса;
не разрешает довод о неравном доступе граждан без смартфона;
не содержит анализа соразмерности ограничения доступа к ЕПГУ на 72 часа.
При таких обстоятельствах полагаю, что мое обращение не было рассмотрено надлежащим образом, а полученный ответ не обеспечивает восстановления и защиты нарушенных прав.
7. Основания для прокурорского вмешательства
Поскольку предметом моего первоначального обращения являлись вопросы возможного нарушения прав граждан при реализации механизма доступа к ЕПГУ, а также законности действий и решений, затрагивающих права неопределенного круга лиц, полагаю, что в данной ситуации необходима именно самостоятельная прокурорская проверка.
Направление обращения в заинтересованный федеральный орган исполнительной власти и получение от него общего разъяснительного ответа не заменяет прокурорской оценки законности спорного механизма.
С учетом изложенного имеются основания для проверки:
наличия нормативных и фактических оснований для применения спорного механизма;
законности увязки досрочного восстановления доступа к ЕПГУ с использованием сервиса «MAX»;
соблюдения принципов равенства, добровольности и недопустимости необоснованного ограничения прав граждан;
полноты и законности рассмотрения моего обращения Минцифры России.
На основании изложенного, руководствуясь статьей 10 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», Федеральным законом от 02.05.2006 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации»,
ПРОШУ:
Рассмотреть настоящую жалобу как обжалование ответа Минцифры России, полученного по результатам рассмотрения моего ранее направленного обращения через Генеральную прокуратуру Российской Федерации.
Признать, что ответ Минцифры России не содержит надлежащего разрешения поставленных мною вопросов по существу и не устраняет доводы, изложенные в первоначальном обращении.
Провести самостоятельную прокурорскую проверку изложенных доводов, не ограничиваясь повторным направлением обращения в Минцифры России.
Истребовать у Минцифры России, оператора ЕПГУ/ЕСИА и иных причастных организаций:
конкретные нормативные правовые акты, регламенты, порядки и иные документы, устанавливающие основания блокировки доступа к ЕПГУ на 72 часа;
документы, определяющие критерии подозрительной активности;
документы, устанавливающие способы и порядок досрочного восстановления доступа;
документы, на основании которых сервис «MAX» и «Цифровой ID» были включены в механизм досрочной разблокировки;
сведения о должностных лицах, принявших соответствующие решения.
Дать правовую оценку законности практики, при которой ускоренное восстановление доступа к ЕПГУ фактически поставлено в зависимость от использования частного сервиса «MAX».
Дать правовую оценку соблюдению прав граждан, не имеющих смартфона либо технической возможности использовать сервис «MAX», с точки зрения равенства доступа к государственным услугам.
Дать правовую оценку полноте и законности рассмотрения моего обращения Минцифры России в порядке Федерального закона № 59-ФЗ.
В случае установления нарушений принять меры прокурорского реагирования, направленные на устранение выявленных нарушений и восстановление нарушенных прав.
О результатах рассмотрения настоящей жалобы прошу сообщить мне в установленный законом срок по адресу электронной почты, указанному в обращении.
Приложения:
Копия ранее направленного обращения в Генеральную прокуратуру Российской Федерации.
Копия ответа Минцифры России.
ДатаФИО
ng12f461acnjv2bv5aajrzj5f1hz8wfq.docx
Генеральному прокурору Российской Федерациичерез интернет-приемную Генеральной прокуратуры Российской Федерацииhttps://epp.genproc.gov.ru/web/gprf/internet-reception
От: ФИОадрес электронной почты: [e-mail]адрес: [при наличии]
Жалоба
на ответ Минцифры России, полученный по результатам рассмотрения
ранее направленного обращения
Ранее мной в Генеральную прокуратуру Российской Федерации было направлено обращение по вопросу блокировки доступа к учетной записи ЕПГУ «Госуслуги» на 72 часа и фактической зависимости досрочного восстановления доступа от использования сервиса «MAX» и создания в нем «Цифрового ID».
В указанном обращении мной ставились вопросы о возможном нарушении моих прав и прав неопределенного круга лиц, в том числе:
о правовых основаниях блокировки доступа к ЕПГУ на 72 часа;
о правовых основаниях использования сервиса «MAX» в качестве механизма досрочного восстановления доступа;
о соблюдении принципов добровольности, равенства и недопустимости фактического принуждения к использованию частного цифрового сервиса;
о наличии признаков нарушения законодательства о предоставлении государственных услуг, о персональных данных, а также конституционных принципов равенства и недопустимости необоснованного ограничения прав граждан.
По результатам рассмотрения моего обращения Генеральной прокуратурой Российской Федерации оно было направлено для рассмотрения в Минцифры России, от которого мной получен ответ.
Считаю необходимым обжаловать данный ответ Минцифры России, поскольку он не содержит разрешения поставленных в обращении вопросов по существу, не устраняет допущенные нарушения моих прав и не может рассматриваться как надлежащее рассмотрение доводов, изложенных в первоначальном обращении.
1. Ответ Минцифры России не содержит ответа по существу поставленных вопросов
В своем первоначальном обращении я ставил вопрос не о законности существования сервиса «MAX» как такового, а о законности и допустимости практики, при которой досрочное восстановление доступа к государственному порталу ЕПГУ «Госуслуги» фактически ставится в зависимость от использования частного сервиса «MAX» принадлежащего ООО «МАХ».
Однако в полученном ответе Минцифры России по существу вместо разрешения указанных вопросов приведены главным образом общие сведения:
о правовом статусе сервиса «MAX»;
о создании и функционировании многофункционального сервиса обмена информацией;
о соответствии ООО «MAX» требованиям законодательства;
о хранении персональных данных на территории Российской Федерации;
о наличии у оператора соответствующих регистрационных и организационных оснований для деятельности.
Указанные сведения сами по себе не являются ответом на поставленные мною вопросы, поскольку не содержат правовой оценки того, допустимо ли ставить ускоренное восстановление доступа к государственным услугам в зависимость от регистрации и использования частного сервиса.
Тем самым ответ Минцифры России фактически подменяет предмет рассмотрения и не разрешает доводы обращения по существу.
2. В ответе отсутствует указание на конкретные правовые основания спорного механизма
Минцифры России в полученном ответе не указало конкретный нормативный правовой акт, которым прямо установлены:
основания блокировки доступа к учетной записи ЕПГУ на 72 часа;
критерии признания действий пользователя подозрительной активностью;
порядок уведомления гражданина о причинах ограничения доступа;
порядок досрочного восстановления доступа;
правовое основание использования «Цифрового ID» в сервисе «MAX» как способа досрочной разблокировки доступа к ЕПГУ.
Между тем именно эти обстоятельства являлись предметом поставленных мною вопросов и требуют правовой проверки.
Общие ссылки на создание и функционирование сервиса «MAX», на включение его в реестры и на соответствие требованиям законодательства не заменяют ответа на вопрос о том, на каком именно правовом основании механизм досрочной разблокировки через «MAX» встроен в систему доступа к государственным цифровым услугам.
Отсутствие такого ответа лишает меня возможности понять правовую природу оспариваемого механизма, проверить его законность и, при необходимости, надлежащим образом его обжаловать.
3. Ответ Минцифры России не содержит правовой оценки доводов о фактическом принуждении к использованию частного сервиса
В обращении мной указывалось, что при наличии 72-часовой блокировки и одновременно предложении досрочного восстановления доступа через «MAX» создается фактическое понуждение граждан к использованию частного цифрового сервиса.
Минцифры России в ответе ограничилось указанием на то, что досрочное восстановление доступа возможно также через центр обслуживания, и на этом основании сделало вывод о добровольности использования «MAX».
Считаю такой вывод формальным и не разрешающим вопрос по существу.
Само по себе наличие альтернативы еще не означает отсутствия принуждения, если такая альтернатива носит существенно более обременительный характер. В данном случае:
использование «MAX» предполагает дистанционный и быстрый порядок;
обращение в центр обслуживания требует личного посещения, временных затрат, организационных усилий, а в ряде случаев — также транспортных расходов и ожидания.
Следовательно, вопрос о добровольности использования «MAX» требует не формального, а содержательного анализа на предмет того, является ли очный способ через центр обслуживания действительно равноценной и доступной альтернативой для всех граждан.
Такой правовой оценки в ответе Минцифры России не содержится.
4. Не рассмотрены доводы о неравном доступе к механизму восстановления для граждан без смартфона
В первоначальном обращении мной отдельно ставился вопрос о том, что граждане, не имеющие смартфона либо не имеющие возможности использовать соответствующее мобильное приложение (приложение МАХ технически можно установить далеко не на все смартфоны), оказываются в заведомо худшем положении по сравнению с гражданами, располагающими такими техническими средствами.
Ответ Минцифры России не содержит надлежащего рассмотрения данного довода.
Фактически граждане, не имеющие технической возможности использовать «MAX», лишаются быстрого дистанционного способа досрочного восстановления доступа и вынуждены использовать только очный порядок через центр обслуживания либо ожидать истечения 72 часов.
Это свидетельствует о наличии существенной разницы в доступе к механизму восстановления учетной записи ЕПГУ в зависимости от имущественных и технических возможностей гражданина.
Данный довод, по существу, в ответе Минцифры России не разрешен.
5. Ответ Минцифры России не содержит проверки и правовой оценки соразмерности самой меры ограничения на 72 часа
В обращении ставился вопрос не только о сервисе «MAX», но и о самой правомерности ограничения доступа к ЕПГУ на 72 часа, а также о соразмерности такой меры.
В ответе Минцифры России отсутствуют:
сведения о том, чем обусловлен именно 72-часовой срок;
сведения о наличии либо отсутствии менее ограничительных способов обеспечения безопасности;
сведения о порядке проверки обоснованности применения такой меры;
правовая оценка влияния данной меры на возможность гражданина своевременно получать государственные услуги и исполнять юридически значимые обязанности.
Таким образом, по существу не был разрешен и вопрос о правомерности, необходимости и соразмерности оспариваемого ограничения.
6. Полученный ответ не устраняет нарушение моего права на надлежащее рассмотрение обращения
Согласно требованиям законодательства об обращениях граждан государственный орган обязан рассматривать обращение по существу поставленных в нем вопросов, давать мотивированный ответ и принимать меры в пределах своей компетенции.
Между тем полученный мной ответ Минцифры России:
не содержит ответа по существу ключевых доводов обращения;
не указывает конкретных правовых оснований спорного механизма;
не содержит правовой оценки доводов о фактическом понуждении к использованию частного сервиса;
не разрешает довод о неравном доступе граждан без смартфона;
не содержит анализа соразмерности ограничения доступа к ЕПГУ на 72 часа.
При таких обстоятельствах полагаю, что мое обращение не было рассмотрено надлежащим образом, а полученный ответ не обеспечивает восстановления и защиты нарушенных прав.
7. Основания для прокурорского вмешательства
Поскольку предметом моего первоначального обращения являлись вопросы возможного нарушения прав граждан при реализации механизма доступа к ЕПГУ, а также законности действий и решений, затрагивающих права неопределенного круга лиц, полагаю, что в данной ситуации необходима именно самостоятельная прокурорская проверка.
Направление обращения в заинтересованный федеральный орган исполнительной власти и получение от него общего разъяснительного ответа не заменяет прокурорской оценки законности спорного механизма.
С учетом изложенного имеются основания для проверки:
наличия нормативных и фактических оснований для применения спорного механизма;
законности увязки досрочного восстановления доступа к ЕПГУ с использованием сервиса «MAX»;
соблюдения принципов равенства, добровольности и недопустимости необоснованного ограничения прав граждан;
полноты и законности рассмотрения моего обращения Минцифры России.
На основании изложенного, руководствуясь статьей 10 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», Федеральным законом от 02.05.2006 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации»,
ПРОШУ:
Рассмотреть настоящую жалобу как обжалование ответа Минцифры России, полученного по результатам рассмотрения моего ранее направленного обращения через Генеральную прокуратуру Российской Федерации.
Признать, что ответ Минцифры России не содержит надлежащего разрешения поставленных мною вопросов по существу и не устраняет доводы, изложенные в первоначальном обращении.
Провести самостоятельную прокурорскую проверку изложенных доводов, не ограничиваясь повторным направлением обращения в Минцифры России.
Истребовать у Минцифры России, оператора ЕПГУ/ЕСИА и иных причастных организаций:
конкретные нормативные правовые акты, регламенты, порядки и иные документы, устанавливающие основания блокировки доступа к ЕПГУ на 72 часа;
документы, определяющие критерии подозрительной активности;
документы, устанавливающие способы и порядок досрочного восстановления доступа;
документы, на основании которых сервис «MAX» и «Цифровой ID» были включены в механизм досрочной разблокировки;
сведения о должностных лицах, принявших соответствующие решения.
Дать правовую оценку законности практики, при которой ускоренное восстановление доступа к ЕПГУ фактически поставлено в зависимость от использования частного сервиса «MAX».
Дать правовую оценку соблюдению прав граждан, не имеющих смартфона либо технической возможности использовать сервис «MAX», с точки зрения равенства доступа к государственным услугам.
Дать правовую оценку полноте и законности рассмотрения моего обращения Минцифры России в порядке Федерального закона № 59-ФЗ.
В случае установления нарушений принять меры прокурорского реагирования, направленные на устранение выявленных нарушений и восстановление нарушенных прав.
О результатах рассмотрения настоящей жалобы прошу сообщить мне в установленный законом срок по адресу электронной почты, указанному в обращении.
Приложения:
Копия ранее направленного обращения в Генеральную прокуратуру Российской Федерации.
Копия ответа Минцифры России.
ДатаФИО
