Аналитическая справка по проекту приказа «Цифровая школа»

11 января 2021 г. Министерство просвещения Российской Федерации и Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации опубликовали проект приказа «Об утверждении стандарта «Цифровая школа»
#
Общественный уполномоченный по Защите Семьи
13:52 / 07.02.2021

Аналитическая справка по проекту приказа Министерства просвещения РФ и Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций РФ «Об утверждении стандарта «Цифровая школа»»

11 января 2021 г. Министерство просвещения Российской Федерации и Министерство цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации опубликовали проект приказа «Об утверждении стандарта «Цифровая школа»» (https://regulation.gov.ru/projects#npa=112182). Он разработан в соответствии с пунктом 5 Положения о проведении на территории отдельных субъектов Российской Федерации эксперимента по внедрению цифровой образовательной среды, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 7 декабря 2020 г. № 2040. П. 1 утверждается стандарт «Цифровая школа» – требования к оснащению государственных (муниципальных) образовательных организаций, реализующих программы общего и (или) среднего профессионального образования, в целях формирования ИТ-инфраструктуры для обеспечения беспроводного доступа к государственным, муниципальным и иным информационным системам, а также к информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и обеспечения безопасности образовательного процесса (далее – Стандарт), и создания условий для применения дистанционных образовательных технологий и электронного обучения, обеспечения равных доступных возможностей для образования обучающихся вне зависимости от места их проживания. Однако в преамбуле проекта приказа его целью названо «создания условий для обеспечения образовательного процесса в полном объеме независимо от места нахождения обучающихся». Как видим, смысловой акцент смещается от обеспечения равных возможностей обучающихся вне зависимости от места их проживания к обеспечению образовательного процесса в полном объеме независимо от места нахождения обучающихся, а это, как говорится, две большие разницы. К чему ведет это смещение акцентов, показывает уже п. 2 проекта приказа, который рекомендует субъектам Российской Федерации руководствоваться Стандартом при оснащении образовательных организаций ИТ-инфраструктурой, а также при реализации основных образовательных программ с применением электронного обучения и дистанционных образовательных технологий, в том числе при взаимодействии педагогических работников с обучающимися в формате вебинаров и видео-конференц-связи. Идентифицировать и аутентифицировать пользователей и, следовательно, учащихся, будут через ЕСИА, как это следует из определения платформы для аутентификации и авторизации: «Сервис, обеспечивающий авторизацию пользователей Wi-Fi сетей образовательных организаций позволяющий идентифицировать и аутентифицировать пользователей через ЕСИА и обеспечивающий централизованное выполнение функций мониторинга, управления, обновления микропрограмм и настроек установленных на объектах точек доступа». Следовательно, каждый участник «Цифровой школы», чтобы получить туда доступ, должен будет зарегистрироваться в ЕСИА. Поскольку в Стандарте ничего не говорится о том, как будет проходить обучение тех, кто не захочет регистрироваться в ЕСИА, это указывает на то, что детей и их родителей фактически будут принуждать к подобной регистрации, что недопустимо. Поскольку абсолютно безопасных систем нет, то существует угроза бесконтрольного распространения их персональных данных как путем легальной торговли ими, так и путем их нелегального хищения.

Согласно п. 3 Стандарту будут соответствовать только такие образовательные организации, реализующаие образовательные программы среднего (полного) общего и (или) среднего профессионального образования (ОО), которые оснащены беспроводными сетями Wi-Fi c уверенной зоной покрытия во всех учебных помещениях, школьной библиотеке, учительской, в актовом зале, столовой, вестибюле, коридорах, рекреациях. Кроме того, ОО должны осуществлять видеонаблюдения за входными группами, иметь оснащение не менее чем 25% своих учебных кабинетов средствами организации видео-конференц-связи для применения дистанционных образовательных технологий и (или) средствами видеонаблюдения для контроля за процедурой проведения государственной итоговой аттестации и безопасности обучающихся, а также располагать средствами отображения информации не менее чем в 30% учебных кабинетов. П. 5.5 предусматривает оснащение учебных кабинетов в ОО средствами организации видео-конференц-связи для применения дистанционных образовательных технологий и электронного обучения, обеспечения равных доступных возможностей для образования обучающихся вне зависимости от места их проживания, контроля за процедурой проведения государственной итоговой аттестации и безопасности обучающихся. Раздел IV Стандарта устанавливает технические требования к ИТ-инфраструктуре, обеспечивающей в помещениях образовательных организаций беспроводной доступ к государственным, муниципальным и иным информационным системам, а также к сети Интернет. Согласно ему эта инфраструктура должна предусматривать систему беспроводного широкополосного доступа и систему видеонаблюдения за входными группами. Система беспроводного широкополосного доступа должна включать в себя:

  1. точки беспроводного доступа Wi-Fi из расчета не менее 2 (двух) точек доступа на 4 (четыре) учебных кабинета (рекомендуется не менее 3 (трёх) точек доступа на 4 (четыре) учебных кабинета). Количество и расположение точек доступа определяются по итогам радиопланирования и должны создавать в ОО устойчивую сеть Wi-Fi во всех учебных кабинетах, школьной библиотеке, учительской и других кабинетах, в которых работают педагогические работники, а при необходимости в актовом зале, столовой и вестибюлях. Все точки доступа Wi-Fi должны быть подключены с помощью СКС к коммутаторам РоЕ;

  2. контроллер Wi-Fi, позволяющий централизованно выполнять функции мониторинга, управления, обновления микропрограмм и настроек установленных в ОО точек доступа, коммутаторов и маршрутизаторов. Контроллер Wi-Fi должен быть совместим с аппаратной частью и программным обеспечением точек доступа и платформой для аутентификации и авторизации пользователей.

Созданные в ОО Wi-Fi cети должны быть подключены к платформе аутентификации и авторизации пользователей. Доступ к сети Wi-Fi должен проводиться с обязательной идентификацией и аутентификацией пользователя на базе ЕСИА.

П. 5 раздела V устанавливает, что с выдаваемых учителям персональных устройств посредством систем беспроводного доступа должен быть обеспечен доступ к используемым в ОО информационным ресурсами и системам:

·         сервисы для работы с цифровым образовательным контентом;

·         электронный журнал;

·         электронное расписание;

·         учет освоения дополнительных образовательных программ;

·         информационно-коммуникационная образовательная платформа;

·         электронная отчетность и др.

Почему этого нельзя делать с помощью проводов, а обязательно необходимо делать только беспроводным способом, похоже так и останется тайной разработчиков Стандарта.

Система видеонаблюдения за входными группами должна включать:

·         видеорегистратор из расчета 1 видеорегистратор на здание образовательной организации, либо сервер видеонаблюдения;

·         не менее 4-х IP-камер, подключенных к видеорегистратору/серверу видеонаблюдения в образовательной организации.

·         На каждый вход/выход должны быть установлены 2 IP-камеры, а именно:

·         внешняя IP-камера, размещаемая при входе/выходе из образовательной организации. Место установки камер – внешняя стена учебного заведения или конструкция крыльца. Сцена обзора – подход к входной двери, прилегающая территория;

·         внутриобъектовая IP-камера, размещенная во входной группе. Место установки камеры – стена учебного заведения или потолок. Сцена обзора – входная дверь.

Записи данных с IP-камер должны производиться локально на видеорегистратор/сервер видеонаблюдения в круглосуточном режиме с глубиной хранения не менее 31 суток (пп. 4 и 5 данного раздела).

Раздел VII устанавливает, что средства организации видео-конференц-связи в учебных кабинетах ОО для применения дистанционных образовательных технологий могут включать:

·         средства организации видео-конференц-связи;

·         систему видеонаблюдения;

·         систему видеоаналитики.

Камеры, используемые в средствах организации видео-конференц-связи и системе видеонаблюдения за процедурой проведения государственной итоговой аттестации могут использоваться в целях контроля за безопасностью образовательного процесса в рамках системы видеоаналитики. При этом необходимо обеспечить запись и хранение данных с видеокамер на видеорегистраторе и/или сервере образовательной организации в течение срока, установленного требованиями безопасности.

Система видеоаналитики должна позволять в круглосуточном режиме осуществлять мониторинг образовательного процесса, а также осуществлять распознавание лиц, фиксировать количество вошедших и вышедших, контролировать оставленные предметы, скопление людей, дым и огонь. При создании системы видеоаналитики могут быть реализованы интеграции с:

1.      федеральной информационной системой биометрических учетов (ФИСБУ) МВД России для поиска преступников и подозреваемых;

2.      системами 112 и «Безопасный город» (пп. 1, 5, 6).

Мы видим, что системы школьной видеоаналитики с самого начала задумывается в таком виде, что может быть интегрирована с биометрической системой МВД. С одной стороны, это может позволить органам правопорядка оперативно среагировать на проникновение на территорию учебного заведения преступников и подозреваемых. Однако, с другой стороны, биометрические данные школьников могут оказаться в руках МВД и, в случае построения полицейского государства, все молодые люди в нашей стране начиная со школьного возраста будут автоматически попадать под тотальное наблюдение и не менее тотальный контроль. Каким будет этот «колпак» даже в том случае, если биометрия школьников не будет передана МВД, дает представление Приложение к Стандарту «Цифровая школа», посвященное функциональным требованиям и техническим характеристикам оборудования. Из него следует, что система видеоаналитики обеспечивает мониторинг учащихся на основе бесконтактной биометрической идентификации по лицам с использованием IP-видеокамер и должна соответствовать следующим требованиям:

- основной тип идентификаций по лицам;

- максимальное число лиц в кадре при обработке не менее 5 шт.;

- скорость распознавания не более 400 мс на одного человека;

- вероятность ложноотрицательной идентификации не более 15%;

- вероятность ложноположительной идентификации не более 1%;

- объем базы данных для одного объекта контроля не менее 2000 лиц;

- дополнительный тип идентификаций по эмоциям (радостный, нейтральный, сердитый, грустный).

Итак, мы видим, что учету и фиксации подлежит абсолютно все, вплоть до эмоций. Таким образом, речь идет о тотальном видеоконтроле над обучающимися. Поскольку о получении предварительного согласия на его осуществления в проекте приказа ничего не сказано, этот видеоконтроль фактически нарушает статьи 23 и 24 Конституции РФ, гарантирующие каждому право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну и не допускающие сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия. Поскольку право на неприкосновенность частной жизни относится к числу основных прав и свобод человека, оно является неотчуждаемым в силу ст. 17 Конституции РФ. Ее следующая статья определяет, что права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими и определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти. Здесь же мы видим, что неотчуждаемые права человека ставятся гораздо ниже интересов цифровизаторов. Поскольку персональными данными является любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных), то подобный подход нарушает и статью 6 Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ (ред. от 30.12.2020) "О персональных данных", согласно которому обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных. Поскольку речь идет об образовательных услугах, то авторы стандарта «Цифровой школы» заодно нарушают и п. 3 ст. 5 Федерального закона от 27.07.2010 г. № 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг», согласно которому граждане имеют право получать государственные и муниципальные услуги как в электронной форме, так и в иных формах по выбору заявителя.

К чему этот тотальный видеоконтроль может привести, наглядно демонстрирует пример Китая. Там уже несколько лет проводится эксперимент, в ходе которого в классах установили видеокамеры, оснащенные искусственным интеллектом. С помощью системы распознавания лиц программа отслеживает, сколько детей посетило урок и насколько прилежно они учились, а также распознает эмоции ребенка во время занятий. Так, например, на одной фотографии класса на лицо каждого ученика был помещен цветной прямоугольник. Ученик, который смотрел на доску, был помечен зеленым: «ID: 000010, состояние 1: сфокусировано». У парня, который заглядывает в ящик стола, пометка красная: «ID: 000015, состояние 5: отвлекся». Девушка, стоящая напротив учителя, помечена синим: «ID: 00001, состояние 3: ответы на вопросы». В Китае 28 тысяч школьников стали участниками грандиозного эксперимента по внедрению искусственного интеллекта в учебный процесс, причем им об этом даже не сообщили. Школьников беспокоит и то, что никто не запрашивал их согласия о сборе данных. Один из учеников выразил опасения, что данные о том, как часто он отвлекался на занятиях, помешают ему поступить в университет его мечты. Многие дети потребовали перед экзаменом отключить камеры в своих школах. Система работает следующим образом: "В классах установлена камера над доской. Раз в секунду она делает снимок и отправляет его на сервер, где алгоритмы идентифицируют лицо каждого ученика и классифицируют его поведение по пяти категориям: слушание, ответы на вопросы, письмо, взаимодействие с другими учениками или сон. Каждый ребенок получает оценку поведения. Гистограмма показывает, сколько времени ученик провел за учебой или, например, разговорами с другими детьми. Все данные можно получить в мобильном приложении, доступ к которому есть у учеников и родителей". Результат воздействия этого новшества на психику детей вполне предсказуем: "Одна из учениц анонимно сообщила, что система напугала ее… Другой школьник признался, что его одноклассники были подавлены, когда в классе появилась камера. Дети не осмеливаются даже зевнуть во время урока или отвести взгляд от доски, боясь быть наказанными. Никто не покидает класс во время перерыва". С учениками согласны и некоторые их родители. Мать одного ребенка первоначально считала, что система поможет ему лучше учиться, но увидев фотографию с оценкой эмоций сказала: «Ни за что. Это похоже на тюрьму» (Сюэ Юйцзе. «Это похоже на тюрьму». В школах Китая контролируют детей на уроках с помощью искусственного интеллекта).

Подобные технологии уже существуют и в нашей стране. Так, пермская IT-компания уже разработала систему психодиагностики по видеопотоку, которая может анализировать настроение школьников в течение долгого времени. Проект с использованием этой технологии запустят в пилотном режиме в четырех школах города. Нейросеть следит за детьми каждую секунду урока, потом формируется массив данных. Пробный запуск уже прошел в одной из школ города в партнерстве с Пермским филиалом ПАО «Ростелеком». Система была подключена к камерам ЕГЭ, которые уже были установлены в кабинете. Глаз камеры постоянно смотрит на учеников, находящихся в процессе своей естественной постоянной учебной активности, а программное обеспечение идентифицирует, где какой ребенок, и с периодичностью три раза в секунду производит скрининг постоянно меняющихся эмоций детей. Итогом работы системы в течение дня является табличный отчёт, в котором полностью указаны имена учащихся и результирующее состояние — наиболее частое у конкретного ребенка в течение дня. Система выдает нам анализ по человеку в течение дня, недели, месяца (Работает через камеры для ЕГЭ. В Перми готовятся запустить систему распознавания эмоций школьников). Понятно, что с помощью этой аналитики при желании легко можно сделать оргвыводы применительно не только к самим детям, но также их родителям и педагогам. Сейчас системы видеонаблюдения с функцией распознавания лиц на платформе Orwell уже есть в 1608 школах в 12 регионах. Теперь ими планируется охватить более 43 тысяч школ. Камеры установят в коридорах, залах, на лестницах школ, а также на прилегающей территории. Оправдывают это обеспечением безопасности учеников, отслеживанием времени их посещения школы и выявление посторонних на территории. Камеры подключат к платформе Orwell (система видеонаблюдения с возможностями компьютерного зрения), а также встроят в них модуль распознавания лиц производителя NtechLab. С помощью него система также будет отслеживать рабочее время сотрудников. Подрядчиком выступает Национальный центр информатизации, который входит в «Ростех». Общая сумма контрактов превышает 2 млрд руб. (Все российские школы оборудуют системой «Оруэлл» с функцией распознавания лиц от NtechLab). Весьма симптоматично, что разработчики платформы назвали ее именем известного английского писателя, активно стремясь превратить нашу обычную жизнь в описанную им антиутопию со всевидящим оком «Большого брата». Начать они решили со школы, чтобы с детских лет приучить ребенка к тому, что постоянная слежка и контроль за ним являются нормальным явлением. В период, когда психика человека в наибольшей степени подвержена влиянию, создатели всех этих систем как в Китае, так и в России пытаются полностью вытравить из детей чувство свободы и собственного достоинства, превратив их в управляемые с помощью технологий биообъекты. Китайский опыт объясняет, почему Приложение к Стандарту «Цифровая школа» устанавливает в числе требований к оборудованию и идентификацию детей по эмоциям. Подобного тотального контроля не существовало ни в нацистских, ни в сталинских лагерях, но он становится возможным в оруэлловской антиутопии ХXI века отечественных цифровизаторов.

Помимо морально-нравственного, правового и психологического аспектов данный вопрос имеет еще одну важную сторону. Поскольку научных исследований о последствии влияния Wi-Fi на организм детей не проводилось и его безопасность не доказана, то его массовое внедрение с использованием высокоскоростного Интернета становится абсолютно безответственным экспериментом Министерства просвещения РФ над здоровьем детей. Поскольку речь идет об эксперименте, то подобная безальтернативность прямо противоречит ст. 21 Конституции РФ, которая гласит: «Никто не может быть без добровольного согласия подвергнут медицинским, научным или иным опытам». Здесь же мы имеем дело с попыткой опыта над миллионами детей. Необходимо вспомнить и п. 2 ст. 28 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ (ред. от 13.07.2020) "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения", который прямо устанавливает: «Программы, методики и режимы воспитания и обучения детей допускаются к применению при наличии санитарно-эпидемиологических заключений. Использование технических, аудиовизуальных и иных средств воспитания и обучения, учебной мебели, учебной и иной издательской продукции для детей осуществляется при условии их соответствия санитарно-эпидемиологическим требованиям». Насколько известно, в отношении данного Стандарта не проводилось никаких исследований, которые бы гарантировали его безопасность для психического и физического здоровья детей, всесторонне оценивали ее влияние на организм детей и персонал школ, отсутствуют соответствующие СанПиНы и нормативы. Поскольку Стандарт предполагает достаточно длительное нахождение ребенка за компьютером, неизбежно становится вопрос о необходимости соблюдения требования п. 1 ст. 27 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ (ред. от 13.07.2020) "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения": «Условия работы с машинами, механизмами, установками, устройствами, аппаратами, которые являются источниками физических факторов воздействия на человека (шума, вибрации, ультразвуковых, инфразвуковых воздействий, теплового, ионизирующего, неионизирующего и иного излучения), не должны оказывать вредное воздействие на человека». Пп.8 п. 1 ст. 41 Федерального закона от 29.12.2012 N 273-ФЗ (ред. от 31.07.2020) "Об образовании в Российской Федерации" (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.09.2020) прямо устанавливает, что охрана здоровья обучающихся включает в себя «обеспечение безопасности обучающихся во время пребывания в организации, осуществляющей образовательную деятельность». Исследователи отмечают, что длительная работа за компьютером негативно сказывается на многих функциях организма учащихся: на зрение, нервную систему, костно-мышечный аппарат человека, осанку и электромагнитное изучение (Мартынова З. Е. Влияние компьютера на жизнь и здоровье учащихся). Необходимо подчеркнуть, что п. 3.1.2 Гигиенических нормативов и специальных требований к устройству, содержанию и режимам работы в условиях цифровой образовательной среды в сфере общего образования прямо и недвусмысленно определяет: «Использовать системы беспроводной передачи данных в образовательных организациях для создания локальной вычислительной сети, подключения к сети Интернет, для подключения периферийных устройств ПК не рекомендуется. При использовании системы беспроводной передачи данных расстояние от точки WiFi до ближайшего рабочего места должно быть не менее 5 м. В учебных помещениях, на этажах, в отдельно стоящих зданиях для обучающихся начальных классов не допускается установка и использование системы беспроводной передачи данных, а также использование беспроводного подключения периферийных устройств ПК». Таким образом, требование Стандарта, чтобы беспроводные сети Wi-Fi обеспечивали уверенную зону покрытия не только всех учебных помещений, но и столовой, вестибюля и коридоров прямо противоречат разработанным учеными Гигиеническим нормативам. Для обеспечения здоровья как детей, так и педагогов должны быть разработаны отдельные СанПиНы для соответствующего оборудования в школах, гарантирующие безопасные для человека уровни различных излучений в помещениях. В противном случае «Цифровая школа» не будет являться безопасной средой, что является прямым нарушением статьи 42 Конституции РФ, гарантирующей каждому человеку право на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о ее состоянии и на возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу экологическим правонарушением. В этом случае должен вступить в действие п. 9 ст. 13 Федерального закона от 29.12.2012 N 273-ФЗ (ред. от 31.07.2020) "Об образовании в Российской Федерации" (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.09.2020): «Использование при реализации образовательных программ методов и средств обучения и воспитания, образовательных технологий, наносящих вред физическому или психическому здоровью обучающихся, запрещается».

Из п. 4 Стандарта становится ясно, для чего потребуется создаваемая инфраструктура «Цифровой школы». Она должна обеспечить бесплатный и доступный онлайн цифровой образовательный контент для 100% образовательных программ начального общего, основного общего, среднего общего образования. Даже если он сразу и не будет использоваться полностью, создается материально-техническая основа для полного перехода на цифровое «обучения» по всем предметам начиная с начального образования и до старших классов. К этому образовательному контенту должны иметь доступ все педагоги и все обучающиеся, причем не менее 50% педагогических работников должны использовать сервисы для работы с цифровым образовательным контентом. Установив норматив для педагогов, Стандарт вводит их и для обучающихся:

·         не менее 20% занятий проводится с использованием цифрового образовательного контента;

·         не менее 10% лабораторных и практических работ проводится с использованием интерактивных электронных образовательных материалов, в том числе виртуальных лабораторий, симуляторов и т.д.;

·         не менее 10% занятий проводится с использованием компьютерного класса;

·         для обучающихся по запросу (для обеспечения доступности и непрерывности образовательного процесса в случае эпидемий, карантина; для лиц с ограниченными возможностями здоровья; для обучающихся малокомплектных школ) доступно обучение с применением дистанционных образовательных технологий и электронное обучение;

Таким образом, мы видим, что цифровой образовательный контент вводится не для улучшения процесса образования по решению того или иного педагога, а потому что «так надо» и Стандарт нормативно устанавливает тот минимум занятий, меньше которого педагоги не имеют права его использовать. Кроме того, формулировки типа «не менее 20% занятий», «не менее 10% занятий» без каких-либо пояснений весьма странно видеть в нормативном документе. От чего следует высчитывать эти 10% и 20%? От занятий в день, в неделю, в четверть, в год? Из проекта приказа этого понять невозможно, что создает основу для его произвольного толкования на местах и, в конечном итоге, при формально одинаковой программе разного уровня цифровизации в той или иной школе. Однако и этим авторы проекта приказа не ограничиваются. П. 8 раздела VII требует, чтобы обучающиеся, находящегося вне учебного кабинета, с персональных устройств должны иметь возможность:

1.      подключения к платформе для работы с цифровым образовательным контентом, в том числе в целях выполнения домашних заданий онлайн и(или) дистанционного взаимодействия с педагогическим работником;

2.      подключения к информационно-коммуникационной образовательной платформе, а также доступ к информационным сервисам, системам и платформам по развитию талантов, портфелю достижений.

Поскольку и этим может быть нанесен вред здоровью детей, к этим разделам Стандарта относится то, что было сказано выше относительно Wi-Fi. Однако п. 4.9 Гигиенических нормативов и специальных требований к устройству, содержанию и режимам работы в условиях цифровой образовательной среды в сфере общего образования определяет, что продолжительность использования электронных средств обучения, в частности персонального компьютера, для учеников 5-9 классов не должна превышать 30 мин. на уроке, 60 мин. суммарно за день в школе и 120 мин. суммарно за день дома (включая досуговую деятельность). Для учеников 10-11 классов этот показатель должен составлять соответственно 35, 70 и 170 мин. Как видим, и здесь разработчики Стандарта совершенно не учитывают требования Гигиенических нормативов. В целом вполне можно согласиться с оценкой этого проекта приказа, данного ранее РИА «Катюша»: «Если будет принят новый проект приказа Минпросвета и Минцифры, утверждающий стандарт «Цифровая школа», очень скоро сами школы, и занятия, и учителя, и ученики изменятся до неузнаваемости. Это уже не какое-то теоретизирование, а совершенно конкретный документ, внедряющий обязательные лимиты для использования «цифрового образовательного контента» и требующий установки системы биометрического видеомониторинга за детьми и подростками. Вместе с анонсированными недавно министром Кравцовым цифровыми портфолио обучающихся этот стандарт (имеющий, к тому же, все признаки антиконституционности) призван добить традиционную школу и утвердить «цифровую образовательную среду».

В пояснительной записке от Департамента цифровой трансформации и больших данных (еще одна структура с говорящим названием) сказано, что разработка приказа велась «в соответствии с пунктом 3, статьи 16 273-ФЗ «Об образовании»». Обратимся к ней – и увидим, что она посвящена «реализации образовательных программ с применением исключительно электронного обучения, дистанционных образовательных технологий». (…) Школьникам будут выдавать отдельные устройства с доступом к беспроводной сети, причем не уточняется, какие именно (для учителей ниже уточняется, что их персональным устройством для ведения педагогической деятельности является ноутбук или планшет). Есть все основания полагать, что это устройство, закрепленное за конкретным учеником и принадлежащее школе, будет навязываться к использованию и вне организации – оно станет источником для сбора сведений о жизни и успеваемости ребенка, в рамках которых форсайтщики посредством ИИ построят для него «индивидуальную образовательную траекторию» (Антиутопия от Минпросвета: новый стандарт «Цифровая школа» принудительно отправляет учителей и учеников в цифру и узаконивает биометрическую слежку)

«Цифровая школа», которую цифровизаторы хотят внедрить на всей территории всей Российской Федерации, в конечном итоге может привести к замене традиционного обучения ребенка в школе его самостоятельным обучением в заочной форме дома за экраном компьютера, а педагога превратить в некоего «тьютора-навигатора цифрового мира». Результаты этого видны уже на примере столицы: «Московские родители, на детях которых отрабатывают пилотный проект Московской электронной школы, массово бьют тревогу на предмет ухудшения здоровья детей и падения качества знаний. Однако до настоящего момента ответов на многочисленные жалобы московских родителей не дано» (Дистанционное электронное образование как эксперимент над детьми. Что делать?). Внедрение «Цифровой школы» приведет к установлению тотального электронного контроля за детьми и их родителями и, в конечном итоге, приведет к уничтожению традиционного очного образования, что является страшной угрозой всему будущему нашей страны.

В связи с вышеизложенным просим принять все возможные меры для отклонения проекта приказа Министерства просвещения РФ и Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций РФ «Об утверждении стандарта «Цифровая школа»», который представляет угрозу правам и свободам наших граждан, равно как и всей системе образования в Российской Федерации.

Подписывайтесь на наши ресурсы:
#ЦОС # Электронная школа
Дорогие друзья!

Наша деятельность ведется на общественных началах и энтузиазме. Мы обращаемся к Вам с просьбой оказать посильную помощь нашей экспертной и правозащитной деятельности по защите традиционной семьи и детей России от западных технологий и адаптированных с помощью лоббистов законов. С Вашей помощью мы сможем сделать еще больше полезных дел в защите традиционной Российской семьи!

Для оказания помощи можно перечислить деньги на карту СБЕРБАНКА 4276 5500 3421 4679,
получатель Баранец Ольга Николаевна
или воспользуйтесь формой для приема взносов: