Наш ответ депутату Горелкину на его манипулятивное письмо

#
Общественный уполномоченный по Защите Семьи
17:40 / 05.12.2022
Изменен: 05.12.2022

2 декабря 2022 года депутат Государственной Думы А.В. Горелкин ответил на обращение А.Н. Викторова по поводу внесенного этим депутатом в Государственную Думу РФ проекта федерального закона № 211535-8 «О государственной информационной системе "Единая информационная система персональных данных, обеспечивающая обработку, включая сбор и хранение биометрических персональных данных, их проверку и передачу информации о степени их соответствия предоставленным биометрическим персональным данным физического лица» (письмо № АВГ-5/328 от 02.12.2022 г).

Из этого письма мы узнаем, что данный законопроект А.В. Горелкин разработал «совместно с Министерством цифрового развития, связи и массовых коммуникаций РФ» (л. 1), однако о данном обстоятельстве он умолчал как в самом тексте проекта федерального закона, так и в пояснительной записке к нему. Все это позволяет предположить, что настоящим инициатором является Минцифра, стремящаяся к тотальной цифровизации всех отраслей нашей жизни, а депутат выступает лишь формальным автором.

Далее он пишет по поводу сбора биометрических персональных данных: «ПФЗ призван навести порядок в этой сфере, и определить круг органов и организаций, которые могут заниматься сбором биометрических персональных данных. По данным Министерства цифрового развития РФ, коммерческими организациями собрано уже более 60 миллионов биометрических образцов. Для предотвращения возможной утечки этих данных государство берет их хранение под свой контроль» (л. 1). Итак, депутат А.В. Горелкин признает, что в сфере сбора биометрических персональных данных в настоящее время царит беспорядок, а исполнительная власть и Государственная Дума с олимпийским спокойствием взирают на то, что, благодаря действующему законодательству, коммерческие организации собрали уже более 60 миллионов биометрических образцов, в отношении которых в любой момент возможна утечка. Эту вот вопиющую ситуацию и призван исправить разработанный Минцифрой РФ совместно с А.В. Горелкиным законопроект. Однако вместо того, чтобы запретить сбор и хранение биометрических персональных данных, соавторы решили многократно увеличить сбор этих данных за счет приравнивания идентификации и (или) аутентификации с использованием единой биометрической системы к паспорту гражданина Российской Федерации (статья 11 ПФЗ), использования единой биометрической системы для осуществления идентификации и (или) аутентификации физических лиц государственными органами, органами местного самоуправления, Центральным банком Российской Федерации, кредитными организациями, иными организациями, индивидуальными предпринимателями, нотариусами (статья 3 ПФЗ), осуществлению этой же идентификации и (или) аутентификации при проходе на территорию организаций, в том числе организаций оборонно-промышленного, атомного энергопромышленного, ядерного оружейного, химического, топливно-энергетического комплексов, организаций, относящихся к объектам транспортной инфраструктуры, субъектам критической информационной инфраструктуры, объектов, совершение террористического акта на территории которых может привести к возникновению чрезвычайных ситуаций с опасными социально-экономическими последствиями (статья 13 ПФЗ), использования регионального сегмента единой биометрической системы на территории иного субъекта Российской Федерации при организации транспортного обслуживания населения по межрегиональным маршрутам регулярных перевозок в случае наличия сквозного маршрута между субъектом Российской Федерации, осуществляющим функции владельца регионального сегмента единой биометрической системы, и иными субъектами Российской Федерации в пределах двухсот километров от границы субъекта Российской Федерации, осуществляющего функции владельца регионального сегмента единой биометрической системы (ч. 11 статьи 5, ч. 10 ст. 23 ПФЗ). Очевидно, Минцифре мало собранных 60 миллионов биометрических персональных данных и с помощью данного законопроекта она стремится их существенно увеличить. Ссылка на кардинальное улучшение ситуации благодаря введению госконтроля является лишь ни к чему не обязывающей попыткой успокоения общественного мнения, поскольку опыт показал, что из государственных информационных систем персональные данные пропадают точно также, как и из коммерческих. Совершенно непонятно, что именно мешало ранее государству должным образом контролировать коммерческие организации, которым оно разрешило собирать биометрию у граждан. Пока не будет получен ответ на этот вопрос, ни о каком расширении сбора биометрии не может быть и речи.

Себе в заслугу А.В. Горелкин ставит ограничение иностранного участия при проведении государственной аккредитации в порядке, установленном в ст. 17 ч. 2 ПФЗ (л. 1-2). Однако речь идет именно об ограничении иностранного участия, поскольку пп. 1 ч. 2 ст. 17 ПФЗ определяет, что доля участия иностранных юридических лиц в уставном (складочном) капитале российского юридического лица не должна превышать 49 процентов. То, что в условиях открытого противостояния с Западом в сборе биометрических персональных данных наших граждан могут участвовать российские юридические лица с долей иностранного участия лишь немногим менее 50 % этого народного избранника совершенно не беспокоит. Точно также ничего не говорится в его ПФЗ и об отмене ст. 12 Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ (ред. от 14.07.2022) "О персональных данных", позволяющую трансграничную передачу персональных данных.

Далее он подчеркивает, что обязательной сдачи биометрических персональных данных не будет и ставит себе в заслугу то, что «ПФЗ предусматривает расширение возможностей для контроля гражданином своих биометрических данных. (…) Согласия на обработку биометрических данных можно будет отозвать, а хранящиеся биометрические данные по желанию уничтожить. Данная норма указана в ст. 3 ч. 6» (л. 2). Однако все это вновь представляет жалкую и неубедительную демагогию, рассчитанную на не интересующихся данным вопросом людей. Возможность отзыва согласия на обработку персональных данных и их уничтожения предусмотрена уже в действующем законодательстве (соответственно ч. 2 ст. 9 и ч. 1 ст. 14 Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ (ред. от 14.07.2022) "О персональных данных"). Поскольку реальный механизм контроля за уничтожением персональных данных не прописан ни в ФЗ, ни в предложенном А.В. Горелкиным законопроекте, все это представляет из себя лишь голые декларации, призванные успокоить граждан. Настоящим контролем мог бы стать запрет на сбор персональных данных с реальной ответственностью за его нарушение, но об этом в ПФЗ, естественно, нет ни слова. Вместо этого в статье 5 законопроекта, посвященной региональным сегментам единой биометрической системы, устанавливается, что в случае запросов владельцев региональных сегментов единой биометрической системы оператор ЕБС предоставляет им векторы единой биометрической системы в целях осуществления аутентификации, причем согласие физического лица на передачу этих векторов также не требуется (ч. 4). Если по действующему законодательству обработка персональных данных осуществляется с согласия субъекта персональных данных, то, согласно ч. 7 ст. 4 ПФЗ, «в случае, если в государственных информационных системах государственных органов, в информационных системах организаций финансового рынка, иных организаций в соответствии с федеральными законами собраны биометрические персональные данные, соответствующие всем видам или только одному из видов, размещаемым в единой биометрической системе, за исключением случаев, указанных в части 2 статьи 1 и части 6 статьи 3 настоящего Федерального закона, указанные государственные органы и организации обязаны разместить в соответствии с порядком размещения и обновления биометрических персональных данных, установленным в соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 6 настоящего Федерального закона, такие биометрические персональные данные в единой биометрической системе без получения ими согласия соответствующего субъекта персональных данных на такое размещение, а также на их обработку оператором единой биометрической системы». Итак, достаточно человеку хотя бы один раз по той или иной конкретной причине сдать свои биометрические персональные данные в любую информационную систему, как они по этому законопроекту обязательно должны будут быть размещены в ЕБС, причем согласие человека на это уже не требуется. В завершении п. 5 ч. 5 ст. 23 ПФЗ констатирует: «согласие физического лица на передачу его биометрических персональных данных в единую биометрическую систему из региональных сегментов единой биометрической системы, на обработку в единой биометрической системе, а также согласие на передачу векторов единой биометрической системы из единой биометрической системы в региональный сегмент единой биометрической системы в соответствии с пунктом 4 настоящей части не требуется». Таким образом, в этом отношении законопроект в действительности не улучшает, а ухудшает положение граждан.

Далее А.В. Горелкин утверждает, что «коммерческий сектор будет опираться не на изображение и запись голоса граждан, как это происходит сейчас, а на векторы – результат математической обработки, который представляет собой набор различных символов и т.д., восстановление из которых биометрических данных граждан невозможно» (л. 2). Что касается последнего, выделенным им жирным шрифтом утверждения, то никаких доказательств подобного широковещательного заявления А.В. Горелкин не привел. Если он имеет в виду обезличенные персональные данные, то специалисты отмечают, что их восстановление возможно, после чего вычислить на их основе конкретного человека уже не представляет никакого труда. Необходимо также иметь в виду, что если гражданско-правовые сделки с гражданами коммерческие организации будут совершать на основании «набора различных символов и т.д.» (а биометрию А.В. Горелкин хочет фактически приравнять к паспорту), то этим открываются новые, почти безграничные фантастические перспективы для различного вида преступников, поскольку этот набор различных символов профессионал сможет достаточно легко подделать.

Затем А.В. Горелкин особо обращает «внимание, что сбор биометрических данных у военных и сотрудников спецслужб запрещен нормами ПФЗ» (л. 2). Однако в анализе его законопроекта ОУЗС по этому говорилось: «Хотя в ч. 2 ст. 1 ПФЗ и утверждается, что положения настоящего Федерального закона не распространяются на отношения, возникающие при осуществлении федеральными органами исполнительной власти идентификации и (или) аутентификации с использованием биометрических персональных данных физических лиц в целях оперативно-розыскной, контрразведывательной или разведывательной деятельности, обороны страны, обеспечения безопасности государства и охраны правопорядка, функционирования государственной системы миграционного и регистрационного учета, это не совсем так. Даже если биометрические персональные данные не будут собираться у военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов (что уже чревато созданием сословного кастового общества, когда одни слои населения заносятся в ЕБС и находятся под «колпаком», а другие нет), все равно принятие данного законопроекта нанесет огромный ущерб национальной безопасности. В любом случае в ЕБС окажутся данные семей военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов, что может создать условия для осуществления разнообразного шантажа со стороны разведок иностранных государств. Во-вторых, в ЕБС могут оказаться данные тех лиц, которые впоследствии могут быть призваны или мобилизованы на военную службу, а с помощью биометрии отследить их перемещение будет чрезвычайно легко. Наконец, ни одна армия не может успешно воевать без соответствующего материально-технического снабжения и нормального функционирования транспортных сетей. Однако статья 13 ПФЗ прямо предусматривает идентификацию и (или) аутентификацию при проходе на территорию организаций оборонно-промышленного, атомного энергопромышленного, ядерного оружейного, химического, топливно-энергетического комплексов, организаций, относящихся к объектам транспортной инфраструктуры, субъектам критической информационной инфраструктуры, объектов, совершение террористического акта на территории которых может привести к возникновению чрезвычайных ситуаций с опасными социально-экономическими последствиями. Следовательно, вся информация о всех работниках этих важнейших для обороноспособности страны отраслей будет находиться в ЕБС, что, в случае необходимости, позволит отследить их перемещение в режиме реального времени». Таким образом, депутат А.В. Горелкин полностью проигнорировал все три угрозы обороноспособности страны, обозначенные в нашем анализе, а вместо этого попытался подменить понятия, заявляя, что его ПФЗ не предусматривает сбор биометрических данных у военных и сотрудников спецслужб, что с самого начала было отмечено в нашем анализе. При этом он обошел молчанием и угрозу создания в нашей стране сословного кастового общества, когда военные и сотрудники спецслужб законодательно освобождаются от сдачи биометрии, а все остальное население оказывается под «колпаком» ЕБС.

Необходимо обратить внимание, что подобным делением А.В. Горелкин фактически признает ненадежность всей этой системы. Сам он заверяет, что «защита биометрических персональных данных будет организована на высоком уровне, под контролем ФСБ и ФСТЭК России» (л. 1). Но если размещенные в ЕБС данные будут надежно защищены и за их сохранность нисколько не стоит опасаться, почему сами сотрудники ФСБ и других спецслужб не будут размещать в ней свои данные? Опасения добавляет и завершающий пассаж его письма: «В заключении следует отметить, что хранение биометрических персональных данных будет организовано в децентрализованном формате, на самом высоком государственном уровне, не допускающем утечек и несанкционированного доступа третьих лиц» (л. 3). Заявление про хранение «на самом высоком государственном уровне» вызывает лишь недоумение. Следует ли это понимать так, что биометрия всех граждан нашей страны будет храниться лично у Президента, председателя правительства или председателя Государственной думы? Означает ли заявление депутата, что самый высокий государственный уровень у нас находится в состоянии децентрализации? Однако чем в больших местах хранятся биометрические персональные данные, тем выше риск утечки. Необходимо также отметить, что в самом тексте ПФЗ про децентрализованное хранение не сказано ни слова, да и сама государственная информационная система называется «Единая информационная система персональных данных». А.В. Горелкин также полностью обошел молчанием то обстоятельство, что подавляющее большинство компьютерного оборудования и программного обеспечения в нашей стране иностранного производства. В условиях открытого конфронтационного противостояния с Западом размещение на таком оборудовании биометрических персональных данных значительной части наших граждан, в том числе и работников критически важных для нашей обороноспособности предприятий, является бесценным подарком всем нашим врагам.

В самом конце письма А.В. Горелкин патетически призывает своего адресата «не верить слухам и дезинформации, на давать использовать себя в информационной войне, развязанной против нашей страны» (л. 3). Однако сам депутат участвуют отнюдь не в информационной войне. Как уже отмечалось в нашем анализе, еще в 2018 г. он выступил одним из авторов законопроекта, продлевающим рекламу пива на телевидении, радио и в печатных СМИ. Депутат-коммунист Николай Коломейцев даже назвал его авторов «лоббистами зарубежных компаний» и «прямыми врагами России». Протаскивая тот законопроект, данный народный избранник прославился своими манипуляциями фактами (Кемеровские интриги и московский самопиар Антона Горелкина // https://compromat.group/main/politics/19228-kemerovskie-intrigi-i-moskovskiy-samopiar-antona-gorelkina.html). Непонятно, за что депутат А.В. Горелкин так ненавидит наш народ и государство, но совершенно очевидно, что два этих его законопроекта объективно направлены против них.



Подписывайтесь на наши ресурсы:
#Горелкин # Минцифры # Биометрия
Дорогие друзья!

Наша деятельность ведется на общественных началах и энтузиазме. Мы обращаемся к Вам с просьбой оказать посильную помощь нашей экспертной и правозащитной деятельности по защите традиционной семьи и детей России от западных технологий и адаптированных с помощью лоббистов законов. С Вашей помощью мы сможем сделать еще больше полезных дел в защите традиционной Российской семьи!

Для оказания помощи можно перечислить деньги на карту СБЕРБАНКА 4276 5500 3421 4679,
получатель Баранец Ольга Николаевна
или воспользуйтесь формой для приема взносов: